ШИЗА: три в одной

В своих мечтах Янка часто под покровом невидимости пробиралась туда: влетая с порывом ветра в открытую форточку, проходя сквозь стену, заползая крошечным насекомым в загадочные чертоги квартиры номер семь. Но никак не могла представить себе обстановку, он – её загадочный возлюбленный − просто не мог существовать ни в одном современном интерьере. Поэтому ей виделся то заваленный древними манускриптами готический кабинет Фауста, то причудливое пространство инопланетной летающей тарелки, заполненное сияющим туманом.

А теперь это была их общая квартира! Конечно, в таком виде, с крыльями и рогами, Агранович вряд ли согласится навестить свой оставленный мир, но ведь здесь, на Грани, возможны любые чудеса. Она уже не раз в этом убеждалась.

Деревянная флейта пимак выводила протяжные задумчивые мелодии. Было удивительно, что этот незамысловатый на вид инструмент, напоминающий грубовато обработанную ветку дерева, обладает столь дивным потусторонним голосом, словно берёт звуки из глубинных вселенских тайн.

Горгул любил флейту, иногда он просто держал её в руках, задумчиво поглаживая, словно та была живым существом.

– Не зря пимак называют флейтой любви, ведь все её мелодии только о светлой нежности и преданности. Как-то само собой так получается.

– Слишком грустная мелодия для счастливой любви. Мне скорее видится, что эта мелодия про то, как в тёмную непроглядную ночь влюблённые тоскуют в разлуке, вспоминая друг друга, а ещё о том, как хрупка жизнь.

– Да, но даже в самой тёмной ночи притаился свет, ведь только он побеждает тьму без остатка.

– Ты знаешь, я иногда чувствую себя такой счастливой, что даже страшно.

– Почему?

– Очень страшно это потерять…

Глава 28 Послесловие к диагнозу

Ветки-плётки хлещут в окнаВсё с размаху об стекло,Листья-лодки в лужах мокнут.Отлетело... Отцвело...Поцелуев мятных меткиНа заплаканном лице,Кисло-сладкие ранеткиВ стылой луже на крыльце.

И следит неотвратимоИз глубин холодной тьмыСквозь седые космы дымаБеспощадный взгляд зимы…

Бесконечное серое небо жадно высасывало с улиц краски. Все радостные сочные цвета, что совсем недавно украшали дома и деревья, исчезали внутри ненасытной утробы изголодавшегося великого Нечто. Это злое и неодолимое Оно хозяйничало повсюду. Срывало с деревьев листву, травило и ломало цветы, торопливо пожирая всё живое.