Мухоморная диета

– Молодец, псина! Марфа, идем!

Где точно находится ручей никто не знал, но Яга понадеялась на свое магическое зрение, а на крайний случай, всегда спросить можно. Вот только протянет ли коряга до границы? Два дня пути…

– Что совсем плохо? – служанка потыкала в корягу пальцем, но комок сучьев даже не пошевелился, – Не успеем, наверное.

– Что же делать? Зелье вчера последнее вышло, – Яга осмотрелась вокруг магическим зрением, – Травок нет.

– Попробуй магией полечить, у хозяина получалось, – Марфа пнула особо подозрительный бугорок на дороге.

– Магией? Но я ведьма, а не чародей!

– Ну и что? Ведьма не знает, как магией пользоваться?

– Разница в использовании силы, – веско мяукнул Василий. – Ведьма от слова "ведать", она знает, как помочь, если ей подскажут. Хотя идея неплохая, попробуй к коряге прислушаться, может, и выйдет чего.

Яга вздохнула, в такой расклад она мало верила. Но попытаться стоило.

– Разойдитесь, – скомандовала Яга и, положив сверток на землю, встала рядом с ним на колени.

Лысый пес уже наученный горьким опытом, присматривался к верхушке ближайшей елки. Марфа устало опустилась на траву, проклиная заморскую чародейку и ее любовь к странной обуви.

Василий устроился рядом с хозяйкой, закрыв глаза и изредка помахивая хвостом.

– Вась, отойди! Ты мне всю концентрацию сбиваешь!

– Концентрацию? А кто вектора наводит, да градус рассчитывает? – невозмутимо отозвался кот. Василиса неверяще посмотрела на мохнатую животину.

– Ведьмой еще себя считает. Параграф про фамильяров плохо читала? Давай, не рассиживайся, до темноты бы закончить.

Служанка фыркнула от смеха, наблюдая перебранку ведьмы с котом.

Яга прислушалась к себе, возмущений поля практически не было. Странно, обычно использование силы вызывает отторжение у лесных жителей. Но сейчас все было спокойно.

Кот мысленно ухмыльнулся, он не только усиливал магию своей хозяйки, но и стабилизировал ее.

Ведьма подняла руки над корягой и застыла в этой позе, словно посылая тепло из своих ладоней внутрь пенька. Изначально ничего не происходило, но потом она почувствовала отдачу. Сила плавно перетекала из ее рук в пенек, заставляя его жалобно скрипеть и отращивать поврежденные сучья. Места сломов затянулись густой, пахучей смолой.