Мухоморная диета

Несмотря на отсутствие дара, она прекрасно помнила все теоретические выкладки своих родителей. Ее жизнь угроза для всех Трицарствий. Если она смогла промолчать на ведьмовском допросе, это не гарантия, что она сможет промолчать на допросе у одержимого мага или инквизитора.

Осталось потерпеть еще немного, и она будет навсегда свободна.

Марья закрыла глаза и погрузилась в транс. Это умение не раз спасало ее рассудок, отключая все входящее воздействие.

Но не сегодня. Из ближайших кустов донесся рык такой мощности, что девушка невольно вздрогнула.

В кустах ночевал богатырь, спасаясь от праведного мамкиного гнева за испорченную рубаху и долгое отсутствие. Ночь была слегка промозглой, поэтому Ваня согревался всем, чем мог. И с утра, естественно, ему было неприятно.

Выползая из лежбища, богатырь отметил изменение пейзажа на знакомой до последнего камушка площади. К столбу была прикована девица, босые ноги которой стояли на стылой с ночи земле.

Нетвердой походкой он дошел до столба и легонько потянул кандалы.

Железо отозвалось тонким скрипом и выскользнуло из дерева.

Марья очнулась от непонятного ощущения. Руки больше не сводило судорогой, и она смогла удобно сесть, впервые с начала этого утра.

– Только тсс! – Ивана все еще штормило, поэтому он не мог сфокусировать взгляд и конкретно разглядеть пленницу. – За что приковали? Ну, уже не приковали, – богатырь с изумлением посмотрел на мертвое железо в собственных руках.

Перед глазами чародейки невольно пронеслась вся ее жизнь.

Что она в ней видела? Постоянную гонку за силой и одиночество. Она планировала досидеть положенные дни и добровольно взойти на костер. Чувство вины не уменьшилось, но почему-то именно в этот момент Моровне нестерпимо захотелось просто жить. Ходить за коровой на поле, пить парное молоко, стирать для мужа и детей. Жить максимально просто и для себя! Ну почему именно сейчас?

– За дело, – резко ответила чародейка, пряча от богатыря покрасневшие глаза.

Браслеты на ее ногах слегка позвякивали в такт ее дрожи.

– Плохо, – Иван подсел к Моровне и переложил ее ноги к себе на колени. – И мне плохо. А вдвоем теплее…

Как только богатырь убрал ее ноги с земли и прижался к ней своим огненным боком, Марья перестала дрожать. Возможность сбежать была у нее в руках, вставай да иди. В такой ранний час спали даже подзаборные шавки, везде царили сумерки и тишина.

– Чуть-чуть еще посижу… – Моровна прижалась к парню и тихонько наслаждалась, впитывая его тепло.