Меридион. Однажды во сне... Том I

Девушка задрожала, едва не выронив при этом оружие из холодных рук.

«Силы земли, воды, огня и воздуха. Наполните меня своей силой, чтобы сокрушить врагов моих», — монотонным голосом произнёс заклинание Меридий на древнемрианском языке.

Меч вспыхнул ярким пламенем. Особенно ярко светились слова, написанные на лезвии меча. Все трое ощутили волну жара огромной температуры, исходящего от столь грозного оружия. Девушки взглянули на юношу и обомлели. Перед ними стоял воин, с головы до ног закованный в мощные доспехи из обсидиана, которые были испещрены огненными надписями.

Перед ними на стене дворца появилась огромных размеров тень. Она имела очертания человеческой фигуры.

И тут Меридий услышал голос, который исходил от тени, только он звучал повсюду, словно заполнил собой всё пространство.

— Великий Страж, какая необычная встреча, — проговорила тень.

— Почему ты называешь меня Стражем? — спокойно произнёс юноша, стараясь быть невозмутимым.

Девушки были напряжены, ведь им ещё не приходилось разговаривать с призраком.

— Аа-а, ты, значит, не помнишь ничего. Это всё объясняет. Пророчество начинает сбываться.

— Кто ты? — спросил юноша.

— Хранитель этого места, — отвечала тень, — а в далёком прошлом — хозяин замка наверху и города внизу. Моё имя Мэллори Гвинт.

— Значит, нам не стоит ничего опасаться? — спросила брюнетка, немного осмелев.

— Меня уж точно не стоит бояться, — тень Мэллори уменьшилась с гигантских размеров до размеров обычного человека.

Теперь это была не тень, а бледная полупрозрачная фигура человека в плаще и с серебряной диадемой на голове.

— Позволь, я буду звать тебя Голдрин.

— Но ведь я не он, — нахмурился Меридион.

— Конечно, это не он, — поддержала юношу Елена, — он человек, а Голдрин — Древний Страж этого мира, который, по преданию, погиб.

Тесалия молчала, хлопая ресницами. Она никак не могла привыкнуть к тому, что видит призрака.

— Но всё же ты не тот, кем себя считаешь, — вздохнул Мэллори. — Я многое о тебе знаю.

— Ладно, — махнул рукой юноша, — называй как хочешь, а послушать, что ты расскажешь, будет весьма интересно. Ведь тебе не более полутора тысяч лет, так?

— Нет.

— А сколько?

— Я не помню. Прошло уже несколько тысяч лет. Я правил этими землями, что называются Ксандровскими, ещё задолго до Великой Войны, ещё до времён первой эры. Эра равна одной тысяче лет.