Alea jacta est

Нужно было оставить тебя гнить в недрах Тартара и выбрать кого-то более…

- Для чего? - нагло перебил тот, понимая, что речь идёт о том, что им играли как разменной монетой, в карточной игре Богов, - Что ещё я должен сделать, чтобы удовлетворить ваши потребности?!

- Только не говори, что правда верил в то, что я спасла тебя из-за жалости к преданному всеми мальчишке, - рассмеялась Богиня, наигранно смахивая невидимые слёзы с лица, - Глупец! Таких несчастных и брошенных я вижу сотню раз за день. У меня иммунитет на все эти слезливые истории.

- Верно, - повернувшись к собеседнице, зло усмехнулся тот. Он действительно верил, что одарён благодатью, но в очередной раз убедился в том, что Боги не способны на сострадание. Было ещё кое-что, о чём демон не мог смолчать, - Вот только, вы не остались равнодушны к жизни беззащитной девчонки, - снова наполненная злобой усмешка, - Моё спасение, вложенный в мою ладонь Хеймар и всё случившееся после - всё связанно с ней. Отсюда вопрос - что вас связывает?

- Какой наблюдательный, - в миг став серьёзной, заметила женщина, - Что ж, у нас много времени, поэтому я расскажу тебе.

Слушай внимательно, дважды повторять не стану.

Мы существуем настолько долго, что никто не возьмётся озвучить точные цифры. Иногда мы спускаемся в миры смертных, чтобы посмотреть, как вы справляетесь с тем, что мы сотворили для вас. Двадцать пять лет назад, я оказалась в одной из деревень и пробыла там около года. Там я и познакомилась с конюхом, которому жить оставалось не больше трёх месяцев.

Он был неизлечимо болен и разумеется знал об этом. Меня впечатлило то, с какой жадностью и упорством он пытался прожить каждый день, как последний, несмотря на свою участь.

Ваши чувства нам не ведомы, но тот мужчина будоражил мой разум. С ним было легко, он не просил спасти его, даже когда узнал о том, кто я. Два месяца пролетели бесследно и когда появились первые признаки слабости, он попросил лишь об одном - хотя бы раз прикоснуться ко мне.

Я дала ему больше того о чём он просил, но ценой этому была смерть. Джеральд умер со счастливой улыбкой на губах и это снова удивило меня.

На третье полнолуние, в ночь почтения мёртвых, я родила ребёнка с глазами чернее неба. Хрупкое, маленькое тельце не издало и звука - я поняла, что убиваю её, - с каждой полученной информацией, скопившихся за долгое время вопросов становилось всё меньше, но это почему-то ничуть не радовало мужчину.