Азартные игры волшебников

Адель показалось, что светящиеся глаза чудовища видят ее насквозь, и от этого ощущения ей захотелось спрятать под капюшоном все лицо. Однако надавав себе мысленных пощечин за трусость, девушка выдержала взор Духа и не отвела взгляда, за что удостоилась одобрительного смешка потусторонней личности и снисходительного: «Подходит».

Но не успела фея выдохнуть с облегчением, как услышала ленивое:

— Два сундука золота — и девчонка в игре.

Ада тихо ахнула, а ее спутница, подбоченившись, возмутилась:

— Почему это два? У остальных один сундук — проходная плата, а у нее — два? Нечестно!

— Остальные либо магистры, либо маги с большим стажем, а эта, — горгулья насмешливо фыркнула, растеряв всю свою ужасность, — еще даже несовершеннолетняя.

— Мне двадцать дв… — сама не зная почему, влезла в разговор фея, но ее бесцеремонно перебили.

— Так и хорошо, что несовершеннолетняя! Дар до конца не оформился, значит, может сюрпризы выдавать, — сказала Милалика, и Ада поняла наконец, о каком именно совершеннолетии идет речь.

— Я детей не эксплуатирую.

— А за два сундука эксплуатируешь? — прищурилась тетка.

— А пусть сначала найдет два, — ехидно ответила статуя и хитро подмигнула Аделаиде алым глазом.

— У тебя же недобор игроков, Дух Тритэры, — пошла в наступление брюнетка, размахивая листом бумаги. — Маркус Ма-Нидрус не приехал, и место его до сих пор пустует. Чего ты ждешь? Если магистр не явился раньше, значит, либо передумал, либо… земля ему пухом! Давай заключим договор с девочкой — и дело с концом.

— Два сундука — и заключим. Если она такая… с сюрпризами, как ты говоришь, то отыграет их на первом же уровне и еще два сверху получит.

— Да она в моем заведении больше заработает, чем в твоей игре! — отмахнулась Милалика, а фея искренне ужаснулась такой перспективе, но промолчала.

— Пусть зарабатывает, — флегматично отозвалась горгулья. — Или два сундука, или… идите вон, не мешайте отдыхать. — При последних словах сияние глаз стало затухать, и сквозь красную пелену проступили очертания высеченных в камне зрачков.

Фея прекрасно понимала, что ни двух, ни одного, ни даже десятой части проклятого сундука золота ей не найти, а потому решила, что идея с игрой, вопреки уверениям Нира, с треском провалилась. Как вдруг услышала обреченное:

— Ну, два так два! Завтра в полночь получишь. Вот договор. — Женщина сунула слегка помятую бумажку под нос оживившейся статуе.