Азартные игры волшебников

А как насчет… кошечку покормить?» — потрогав пятисантиметровым коготком колено мужчины, телепатически поинтересовалась она и невинно похлопала длиннющими ресницами.

— Муррр? — как можно жалобней произнесла зор-зара вслух.

— О! — кивнул головой маг и, снова погладив Лолу по голове, поднялся с кресла. — Сейчас, сейчас, пантерка, — сказал он, идя к выходу из комнаты.

Дух-телохранитель радостно улыбнулась, демонстрируя хозяину огромную пасть, полную клыков. Черный язык свесился набок, в глазах отразилось предвкушение грядущего удовольствия.

— Мня-я-ям, — выдала «киса» вдогонку и тут же исправилась: — Мяу, в смысле.

— Что? — переспросил Итан, обернувшись в дверях.

«Побольше тащи еды, говорю» — подумала зор-зара, а вслух совершенно по-кошачьи мяукнула. Только и всего.

Ходить далеко не пришлось, в коридоре хозяин Черной реки вызвал слугу-ромора, который принес из погреба кувшин «Зора» и золотую миску для Илоланты. Пока «кошечка» наслаждалась трапезой, уплетая с блаженным видом темную жидкость с чуть сладковатым запахом, маг решил не тратить остаток ночи на пустые мечты и полюбоваться своей будущей собственностью прямо сейчас.

Мужчина вернулся к столу и мечтательно улыбнулся, с особой теплотой протирая поверхность волшебного зеркала зачарованной салфеткой. Кончики его пальцев скользнули по золотой раме, с удовольствием ощутив ее металлическую прохладу. И, наконец, выдвинув свое «окно в мир» на законное место в центре письменного стола, Итан активировал чары и проговорил нараспев:

— Зеркальце, мой друг, мой свет,

В мир окно скорей открой.

Дай хозяину ответ:

Где Адель? Взглянуть позволь

На нее, на дом, на сад…

Мужчина скрипнул зубами, но продолжил, старательно придумывая рифму, наличие которой было одним из условий правильного действия колдовства:

— Посмотреть я буду рад.

Примитивно, но правилам соответствует, раз заклинание действует.

Стекло подернулось туманной дымкой. А когда она начала медленно таять, взору магистра открылся освещенный фонарями домик, окна которого ярко вспыхивали разными цветами попеременно.

— Белое, — машинально сказал Итан, — голубое зарево, хм… снова белое, опять голубое… магия смерти, магия жизни, смерти — жизни… А… а где связки? Что за самодеятельность? Чем она там вообще занята, эта несносная девчонка? Неужто вспомнила о том, что из семьи некромантов?! Зачем? — Мужчина подскочил, уронив кресло.