Свадебное ожерелье

Как-то в одночасье они очутились перед шикарной каретой с незнакомым Вилене гербом на дверце. Девушка даже не успела рассмотреть этот герб, заметив только красный щит, золотого льва с орлиными крыльями, золотые и голубые ленты, как Элеонора Радкерой быстро и ловко запихнула ее в карету, а пара лакеев помогли своей госпоже удобно разместиться на обитых красным бархатом подушках.

— Уф, взволновали вы меня, милочка! — заявила Элеонора, вынимая из ниши в стенке веер и начав им усиленно обмахиваться. — Я увидела вас из окна кареты и не смогла проехать мимо.

— Девятнадцать, — ответила Вилена.

Когда карета двинулась, в голову девушке закралась мысль о похищении. Но всего через несколько минут они остановились перед входом в шикарное кафе с золоченой вывеской и красочными козырьками, весело хлопающими малиново-зеленой тканью на ветру.

— Жак, помоги нам выйти, — велела Элеонора подошедшему лакею и добавила, обращаясь к девушке: — Пойдемте, догорая!

— Но мне не по карману такое заведение! — простонала Вилена, всецело желая оказаться внутри, откуда так аппетитно пахло свежей сдобой, шоколадом, корицей, ванилью и чуть-чуть мятой.

— О, не волнуйтесь! — пропела женщина. — Я вас приглашаю! Вы мне нравитесь.

И подмигнула весело.

Понимая, что это ужасно неудобно и родители уже точно ее ищут, Вилена позволила Элеоноре утянуть себя в этот рай сладостей. Хозяйка, с криками и смехом выбежавшая навстречу, расцеловалась с Элеонорой, усадила гостей за круглый столик у окна и лично приняла заказ, заверив в свежести и невероятном вкусе блюд из меню.

— Так, Изабелла, мне твой фирменный шоколадный тортик, большую чашку горячего шоколада, мятное желе, крем из изюма и мороженое с миндальной стружкой. А девочке...

— Мне ничего не нужно! — воскликнула Вилена.

— А девочке шоколад, яблочный пирог и самое вкусное мороженое с ягодным джемом и тремя видами шоколадной стружки! — продолжила Элеонора весело, отмахнувшись от Вилены. — И не слушай эту глупышку, Изабо!

— Отличный выбор, Элеонора, — ответила хозяйка кафе, постукивая карандашом по блокноту.

Последующий час для Вилены превратился в сумбурное, сладкое, тягучее, ароматное веселье вкусового наслаждения. Об обиде на мать было забыто. Остался только вкус шоколада и шуточки Элеоноры. Вилена громко смеялась, опустошая креманку, полную подтаявшего мороженого. Неожиданно на улице перед окном, возле которого они сидели, возник очень недовольный молодой человек.