Элантида. Книга 5.

Но тогда понятно, но почему сейчас, по прошествии стольких лет запрет все еще не снят? Из принципа? И вообще весь город держится особняком – аргитарцы сидят у себя в городе, как кроты, не вылезая из своих нор – это тоже из-за обид тридцатилетней давности? Кто-нибудь, хоть когда-нибудь видел живого аргитарца – за пределами города?

– Да их, в принципе, и мертвыми-то никто нигде не видел, – задумчиво отозвался ведьмак. – И ты считаешь…

– Я считаю, что аргиты там есть, – кивнул Дани. – Ну, хотя бы один точно.

Но вряд ли из-за одного весь город держал бы подобную политику. Хотя может, я и ошибаюсь, может, дело и не в аргитах. Но в любом случае – если люди что-то скрывают, значит, им есть что скрывать. А они скрывают это очень тщательно. Что не может не наводить на мысли. Так, по поводу мысли – с учетом рассказа Витольда я готов внести коррективы в свою теорию о происхождении Клементины. Итак, появилась она в Хорране – как раз после расправы над Орденом Саккора или во время оной. Гаронд в нее вцепился, как дурень в книгу заклинаний – то есть, что это такое, не знаю, но пусть будет – вдруг пригодится, хоть костер развести можно будет, когда похолодает. А когда разобрался, понял, как с ее помощью стать единовластным правителем мира. Сначала он опробовал ее на эльфах – вот теперь, Высочество, реально прости, но это как раз про тебя – потому что эльфы для нее наиболее уязвимы. Но эльфы помолвку расторгли, что его, в принципе, не особенно и расстроило, он примерно этого и ожидал, и тогда, как мне кажется, он решил женить на ней короля – Рандольфа Великолепного. Но там тоже вышла промашка – король вроде как поддавался влиянию, но почему-то так и не женился. В принципе, насчет Рандольфа и этой красавицы у меня информации нет, – признался Дани, – просто… судя по поведению Его прошедшего Величества, у него тоже явно что-то с головой было. Уж как-то слишком его завоевательские набеги были целенаправленны и необоснованны. Опять-таки, из того же курса истории, я припоминаю, что Рандольф считался королем очень импульсивным и непредсказуемым, что поневоле наводит на мысль о его психических недомоганиях определенного характера. С Рагнаром Гаронд был уже осторожнее – видимо, он понял, что с его предшественником он несколько «пережал», и решил все-таки немного ослабить влияние Клементины. Но и этого хватило, чтобы довести короля до невменяемого состояния, в коем он сейчас и пребывает.