Несовместимые компоненты

С легкой улыбкой она вкладывала в руки покупателей все то, что я варил здесь же – на чердаке – от почти безобидных слабительных до сильнейших запрещенных ядов. И часто они возвращались, чтобы еще раз обменяться с ней улыбками, прихватив заодно пару простеньких зелий от головной боли. Белана была человеком.

В ее карих глазах сияли искры неподдельного интереса, когда она заставала меня за работой и голосом, в котором мне слышался звон серебряных колокольчиков, просила:

– Позволь мне остаться, Атце. Можно, я посмотрю?

Не с первого раза я догадался, что так она сократила мое имя – Гратцель.

В ее взглядах не было страха, не было презрения или жалости. Вот только восхищения и приязни в них не было тоже – было невинное любопытство.

В перерывах между варкой очередных составов, я ложился на старый досчатый пол и вслушивался в девичий голосок, доносившийся с первого этажа. Закрывая глаза, я видел перед собой ее теплую улыбку, и пытался понять – в какой момент ее присутствие стало необходимым?

Предчувствие отвлекло от размышлений за пару минут до того, как время в песочных часах истекло.

Зелье в котле было кристально-прозрачным. Погасив огонь, я принялся разливать состав по флаконам. В темном зачарованном стекле зелье почти моментально остывало до нужной температуры. Под чарами консервации оно могло храниться годами. Получилось ровно восемь флаконов, хотя мне хватило бы и одного.

Белана так трогательно удивлялась простым вещам вроде этих дурацких флаконов. То, что настоящие маги за магию не считали вовсе, казалось ей самым чудесным волшебством.

Для меня самым чудесным волшебством была она.

Все закончилось, когда однажды она счастливо прошептала:

– Я больше не приду, Атце. Я выхожу замуж!

Приятное чувство, переполняющее меня, обернулось мучительным ядом. Я был оглушен и смог выдавить только:

– Рад за тебя.

Она сбивчиво извинялась за свой поспешный уход, объясняла это переездом поближе к столице, говорила что-то о будущем муже, а я слышал только звон серебряных колокольчиков.

Флакон жидкого забвения холодит ладонь. Золотистые волосы, карие глаза, теплая улыбка, светлое девичье имя, и ласково сокращенное – мое… Шутка ли – это первое в моей жизни неудачное зелье. Компоненты несовместимы. В любых пропорциях. Оглядываясь назад, задаюсь одним и тем же вопросом – а могло ли сложиться иначе? И с горечью понимаю – не могло.

***

Стою у остывающего котла, в руке опустевшая склянка. Что именно я хотел забыть? Впрочем, не важно.