Просто вернись...-3

Феб втиснулся между ними, схватил сестру в охапку и немного покружил. Потом поставил на землю и отодвинул на расстояние вытянутых рук, чтобы разглядеть.

– Дай на тебя посмотреть, – сказал он, – и впрямь немного поменялась. Или я уже просто не помню, какой ты была. Тогда так мудрила со своей внешностью, что даже не уверен, кого ты напоминала. А сейчас почти мамина копия. И такая худенькая...

– А тогда я была толстушкой? – со смехом спросила она, а Феб покачал головой.

– Нет, но не такая мягкая и..., – он не смог подобрать слова, а потому по-простому заявил, – домашняя.

Кастия предпочла этого пока не заметить. Об этом было сложно говорить. Сейчас, когда еще ничего неизвестно, и она не уверена – в своих силах, обещаниях Матери и будущем.

– Есть такие порядки, – согласилась с братом, – В новой жизни мне не было необходимости бегать, а раньше, здесь, разумеется, с Хитой и Летой занималась упражнениями. "Чтобы быть не хуже Дии", – засмеялась она, – Вот вернусь и придется наверстывать...

– А сейчас ты пока не вернулась домой? – нахмурился отец.

– Пока нет, пап, – почувствовав небольшую грусть при этих словах, ответила девушка, вспомнив, как совсем малышкой до всех передряг называла его.

– Когда же ты вернешься? – спросил он.

– Пока нет, но вернусь. Пап, прости, – прошептала она, – Я так виновата. Мы говорили тогда, а я тебя обидела.

– Я не обиделся, – великодушно заявил мужчина, – Потом-то понял, что ты скрытничала, потому и старалась оттолкнуть. Мне жаль, малышка, что ты не сказала о своей затее.

– А ты бы мне рассказал, почему мне нельзя рядом с тем разломом не то, что строить, но и даже бывать? – быстро спросила Кастия.

– Если бы ты прямо спросила, то ответил, – просто сообщил он, при этом поморщившись.

Ответить правдиво, не скрывая, ему удавалось довольно легко. Только следовало пояснить: "сейчас", когда уже все произошло – мог рассказать, но тогда, когда был хоть один шанс избежать всего этого ужаса – не хотел ни в коем случае. Ия проявляла немыслимую легкость по отношению ко многим вещам. Чаще всего – в ущерб себе и миру. Что могла еще натворить она тогда, зная, насколько сильна? Они и сами не знали этого.