Меня обещали демону

- Пока не знаю, - пожала она плечами. – Еще не решила. Но здесь не останусь.

- Олеся, что ты говоришь? А как же учеба? Образование? Что значит ты уедешь?

- Я буду учиться дальше. Поступлю куда-нибудь. Но больше не хочу зависеть от человека, которому до меня нет никакого дела, - она пыталась скрыть боль, что ела ее все эти годы, но голос все равно дрогнул.

- Олеся, не говори так! – строго прикрикнул отец. – Я любил тебя. Да, не так, как тебе бы хотелось. Может быть, я не лучший отец, но я старался дать тебе самое лучшее.

Олеся кивнула. Нет, она не согласилась с ним, просто хотела поскорее закончить разговор. На нее вдруг как-то резко навалилась усталость. И хотелось поскорее изучить то, что было в папке.

- Мне нужно в школу, - негромко произнесла она.

- Мы еще не закончили, - пообещал отец. – И я не позволю тебе просто так уехать и угробить свою жизнь, Олеся.

Девушка ничего не ответила. Она вышла из кабинета, прижимая к себе папку. Как дошла до машины, не помнила. Уже по дороге в школу открыла папку.

Родители ее были молодыми. Матери было всего двадцать четыре, а отцу – двадцать восемь, когда они погибли в аварии. Они ехали из соседнего города и не справились с управлением на мокрой дороге. Оба сразу насмерть. Что примечательно, сама Олеся, ехавшая тогда с ними, не получила ни единой царапины. Она сама выбралась из машины и вышла на обочину.

Девушка оторвалась от чтения и посмотрела в окно. Уже тогда ее жизнь была странной. Может, потому что она особенная? Олеся вернулась к бумагами.

Машина въехала в школьный двор и мягко остановилась у крыльца.

- Спасибо, - поблагодарила девушка водителя. Ее улыбка вышла совсем невеселой.

- Да не за что, Олеся Игоревна, - ответил он и вернул ей улыбку.

Олеся вышла из машины и, не задерживаясь на улице ни секунды, вошла в теплый холл, чтобы тут же столкнуться на лестнице с Миланой. Если бы взглядом можно было убивать, Олеся сразу бы упала бездыханной. Еще бы! От роскошных длинных волос девушки остался короткий ежик. Это делало ее похожей на мальчишку. Еще и топорщащиеся уши теперь были выставлены на всеобщее обозрение. А ведь на носу выпускной.