Смотрители Перекрёстков. Книга третья

Фаина достала из шкафа кусок тонкого холста, расстелила его на полу перед зеркалом, вынула из ящика туалетного столика острые ножницы и встала на холст.

Она расправила свои прекрасные крылья и встряхнула ими, наблюдая, как радужная фейская пыльца осыпается на холст и покрывает его тонким слоем. Но это было еще не все. Фаина знала, что вся огромная сила Фей сконцентрирована не в самой пыльце, а в крыльях, а потому, еще раз вздохнув, обрезала кромку с правого крыла.

Богомол проснулся словно от толчка.

– Что ты наделала, глупышка?!

Эльф боялся ступить на холст. Он понимал, что если наступит на пыльцу, то жертва Феи окажется напрасной.

Но Фаина только пожала плечами:

– Я бы и так поделилась с Ильёй пыльцой. Если бы он попросил, конечно. А крылья – они быстро отрастут.

Фея собрала пыльцу в холщовый мешочек, туда же опустила обрезанные кончики крылышек:

– Отнеси ему, – и протянула мешочек Богомолу.

Эльф обнимал свою малышку. Стараясь сдержать наворачивающиеся на глаза слёзы, думал, что иногда женская жертвенность не знает границ.

– Ложись в постель, – он на руках отнес Фаину в кровать, уложил и укрыл мягким одеялом.

– Ты уже уходишь? – спросила Фея. – Но ведь еще совсем темно! Еще очень рано.

– Нет, я еще не ухожу, – улыбнулся Богомол своей возлюбленной.

– А куда же ты тогда собрался?

– Как куда? – удивился Эльф. – В оранжерею, конечно.

Богомол постучал в комнату брата, чтобы пригласить его отправиться в оранжерею вместе. Ответом ему была тишина. Подумав, что Иона слишком крепко уснул, Богомол толкнул дверь и увидел, что постель Тёмного Эльфа пуста и даже не разобрана.

Богомол выбрал самые красивые из распустившихся за ночь цветов, составил два букета, один из которых положил у двери в комнату Джингл.

Конечно, Богомол намеревался и сегодня отправиться в поездку вместе с братом.

Убедившись, что Фаина уснула, положив цветы к её изголовью, Богомол быстро оделся, сунул в карман мешочек с фейской пыльцой, и покинул замок.

Счастливо улыбалась во сне Джингл, уснувшая на плече того, кого выбрало её сердце.

Прижимал к себе Крылатую Эльфийку Тёмный Эльф, понявший, что его ожидание любви было не напрасным.