Амэл. Тетралогия

Орфогоры не любили холод, а Сател был самым тёплым городом на севере в это время года и то лишь по той причине, что его покрывал купол созданный дыханием лайферов.

Огненные драконы, приглашённые специально для такой цели как панихида, уже находились на месте сожжения. Почерневшие от жара пламени камни образовывали круг. В центре же находился даркарский символ, что олицетворял бессмертие и вечную жизнь, выведенный чёрным пеплом из праха феникса. Здесь окончил свой век не один дракон и даже не сотня.

Каждый дракон мечтал окончить свой долгий путь здесь, но, увы, не каждому доводилось это сделать.

Спокойная смерть для дракона была редкостью. Большая часть умирали в схватке за территорию или просто в драке.

Сториму повезло больше, он умирал от старости, чего желал бы каждый дракон. С помощью трав заставив старого дракона подняться на ноги, он одурманенный дошёл до места сожжения, истратив на это последние силы. Рухнув на символ из чёрного пепла, он тяжело задышал и даже тихо зарычал, почувствовав боль в теле.

Жители толпами стекались на площадь, теперь им было позволено отдать дань этому дракону, своему сородичу и другу. Желающие лично подходили к Сториму и полушёпотом говорили ему то, что считали нужным. Кто-то при этом улыбался, а кто-то плакал, но все они были одинаковы, ведь по сути, Сторим был им никем. Он выслушал каждого из них, но стал бы он слушать собственного внука, которого презирал всю жизнь? Или же даже в последние минуты своей жизни воспротивился бы ему?

Аарон стоял позади толпы.

Последняя драконица, одна из учениц его деда, поклонилась своему учителю и, поблагодарив за те знания, что он ей передал, ушла. Больше никто не подходил.

По привычке сунув руки в карманы, Аарон напрягся. Хоть Сторим и пребывал в образе дракона, одного его взгляда хватило бы, чтобы его внук почувствовал себя презренным. Но Аарон надеялся на лучшее.

Он шёл сквозь плотную толпу, задевая прохожих то локтями, то наступая им на ноги и оттаптывая пальцы.

Ему было плевать, он итак был с ними слишком вежлив всё это время, настал момент всё переменить. Сейчас или никогда.

Переступив через камни, покрытые толстым слоем сажи, Аарон остановился прямо перед мордой старого дракона. Втянув ноздрями запах и поняв, кто перед ним, Сторим повернул голову, открыв глаза. Весь его вид так и говорил «Тебе здесь нечего делать. Убирайся!» Но Аарон был не намерен отступать.

— Старик, мне тоже есть, что тебе сказать.