Волчья книга. Том III. Амброзия

Его настоящие желания выйдут на волю и уничтожат весь этот проклятый свет. А от меня ничего не останется.

Безвольной куклой лежу в его руках. Он убаюкивает, ласкает, расправляет волосы, подушечками пальцев касается губ, отводит руку в сторону, медленно, до мочки уха, теребит, пытаясь расшевелить, а потом возвращается обратно. Ему не терпится войти в меня. Не терпится, чтобы я оказалась в нём. Он сам до конца не знает, что такое Демон. С братом он не был таким. Они не смогли.

А вот со мной — всё получится. И он продолжает сжимать в объятиях, полностью до самой последней капли крови — счастливый монстр.

— Я знаю, ты была в моих воспоминаниях, — шепчет он, крепко-крепко прислоняя к груди. Его горячее дыхание щекочет ухо, а от жара рук проступает холодный пот. — Но я не сержусь. Понимаю, ты хотела узнать больше обо мне и о нас. Всё в порядке. Мы будем придерживаться нашего плана, да?

— Да, — наконец, отвечаю ему, прикрывая глаза и запрокидывая голову ему на плечо. Он целует в шею, продолжая сжимать руки на моей талии, ногами сжимая мои ноги.

Ему неймётся поскорее начать, но я вижу — что-то мешает. Во мне нет сопротивления, однако не получается. Будто в паззле не хватает одной крохотной детали.

От досады кричит и волки в ответ разрываются тоскливым воем, сходящим на скулёж. Они исчезают, уходят в мир огня. Не до них дракону. Он отпускает меня, ползком пятится назад. А я сжимаюсь в комок, прижимая колени к груди и пряча голову от него.

— Ты должна привести его сюда, — раздаётся холодный голос мужчины и что-то умирает во мне.

— Слышишь? Он последний в этом мире волк, не принадлежащий к Дикой охоте. Ты тянешься к нему. Это мешает. Приведи его ко мне.

— Пожалуйста, — в моём голосе тоска и обречённость человека, понимающего — всё бесполезно.

— Сделай это — или я убью его. И ты вновь закричишь. И этот крик не смолкнет никогда.

Я пытаюсь подняться — меня не держат ноги. Воздух совсем ушёл, а губы настолько искусаны, что уже не заживают так быстро, как прежде, — платье, чёрное, всё в бурых пятнах.

Я готова резать себя, чтобы остановить душащий крик. И падая, попадаю обратно к нему в объятия.

— Я не могу иначе, — процедил он, вновь вынуждая смотреть в его холодные и жаркие глаза. В них есть сомнения. Есть печаль и жалость. И любовь. Теперь я вижу всё. Он больше ничего от меня не скрывает. И от этого страшнее всего — я не угроза для дракона. Я принадлежу ему.

— Ты лгал мне. Ты постоянно лгал, — раздаётся мой голос и он отвечает сочувствующим взглядом.