Волчья книга. Том III. Амброзия

— Но, если не любить, сердце перестаёт биться и ты умираешь. Я боюсь одиночества, мама. Боюсь, что если отпущу любовь сейчас, то забуду, как это делается. А если забуду любовь, сколько времени пройдёт, прежде чем превращусь в монстра?

— Я не дам тебе этого сделать, — раздался голос от дверей, и я увидела Вельямина, теряющегося во тьме коридора. — Я всегда буду рядом, Елена, даже если ты не будешь этого хотеть, — сказал он на языке волков и я кивнула, принимая его слова.

Мы мало говорили о любви. Не считали правильным вспарывать эти язвы звуком.

Оба теряли, обоих предавали. Прошли через многое, и всё, что у нас осталось, это мы сами.

Родители стойко приняли известие об Инге, они были рады узнать, что она жива. Я знала, что этого мало, но больше ничем не могла помочь. Девушка выросла слишком быстро, и не мне тащить её теперь домой. Захочет, появится, а на нет…

— Спасибо, что нашла её, — тихо сказал отец, когда мы прощали.

Здесь, во Франции, ему стало легче. Он даже немного помолодел, загорел и казался почти счастливым.

Если бы только не мы, его дочери, у которых оказалась такая странная судьба.

— Я знаю, что и ты останешься там, — продолжил он. — Мир людей — больше не твой мир. Мы видели, как ты тяготишься им. Тебе хочется вернуться туда, где ты сможешь не скрывать свою натуру.

— Где тебе не придётся сжиматься до размера хрупкой молодой девушки, — добавила мама.

— Я сделаю всё, чтобы она была счастлива, — по-русски сказал Вельямин и отец, пристально посмотрев ему в глаза, медленно кивнул, принимая это как клятву.

Я пообещала навещать, но мы понимали, что это будет весьма редко. Я уходила от них, прощаясь, зная, что с ними всё будет в порядке. Особенно, если у меня всё получится.

* * *

Теперь держали путь в российскую глубинку. Нам повезло, и мы смогли с пересадками взять билеты на самолёт до нужного города. Открывать тропу не рискнула — не хватало опыта. Пока только мой отец и Девон могли ходить неизведанными тропами, остальным необходимы ориентиры, представление, что окажется на той стороне, куда идёшь.

И чем длиннее путь, тем тяжелее строить тропу. Девон обещал научить, как это делается вслепую, но посоветовал для начала тренироваться ходить как остальные волки.

Прежде не доводилось так много времени проводить наедине, не имея ничего иного. В разговорах, рассуждениях, спорах и дискуссиях. Единственное, что омрачало путь, это неприязнь Веля к моим снам. Он ревновал к Девону, к тому, что реальность делила с ним, а сновидения с драконом.