Драгоценная

— Что происходит? — зевнула я, старательно изображая недавнее пробуждение. — Доброе утро, льер Идамас. Вы всегда так шумите по утрам?

— Только когда мне мешают спать. — Ларион сверлил меня суровым взглядом, а затем резко отвернулся. — Вставайте! Позавтракаем на палубе. Солнце обещает нам отличную погоду, располагающую к трапезе на свежем воздухе. Заодно обсудим текущие дела.

Я посмотрела вслед удаляющемуся льеру и еле сдержала смех. Со спины, отчаянно цепляясь за пояс его домашних бриджей, висела милая морская свинка, всеми силами пытающаяся остаться незамеченной.

***

Только когда за Ларионом захлопнулась дверь, я поняла одну немаловажную вещь — мне не в чем идти на завтрак. Вопрос моего разоблачения так и остался безответным. Пришлось срочно проводить ревизию каюты. Из женской одежды нашлось только то самое платье, в котором я умудрилась искупаться. Его вычистили и высушили, но все же оно сильно пострадало: поблекло да изрядно помялось.

На корме уже был накрыт столик. Напитки в бокалах покачивались в такт небольшим волнам, а молодой юнга замер неподалеку в ожидании распоряжений.

На самом деле чувствовала я себя отвратительно. Выходить в люди в подобном платье для первой фрейлины принцессы — это же стыд! Я старательно избегала смотреть в глаза окружающим, дабы не увидеть в них сочувствия или, что еще хуже, неприязни. Даже на удивление вкусная еда не смогла улучшить мое настроение, поэтому, когда Ларион, взяв в руки бокал, задал вопрос — я вздрогнула.

— Итак, лия Армель, я хотел бы услышать вашу версию случившегося.

— А что именно случилось? — Вбитые с детства правила заставили поднять глаза от тарелки и невинно улыбнуться.

— Вы случились, — вздохнул тар, и в его темных глазах блеснули лукавые искорки. — Не хотите поведать, по какой причине вы преследовали мой корабль?

— Я? Преследовала? Капитан, у вас сложилось неверное впечатление о происходящем.

Нападения с моей стороны льер Идамас явно не ожидал, судя по тому, как закашлялся, поперхнувшись. Темная сторона моей души ликовала.

— Насколько я помню, мы с вами расстались в ваших апартаментах, после того как вы категорически отказались плыть в столицу.