Академия моего сна. Король кошмаров

И все так дружно округлили глаза, что стало понятно — я одна не в курсе какого-то важного секрета.

— Что, правда, отрава? — я попыталась пошутить, и тут Николаус молча поднялся, взял стакан и пошел прочь.

— Я его обидела? — спросила я у Шанти. — Но чем? Что я такого сказала?

Какие у нас все нежные! Слова не скажи. Я посмотрела в спину уходящего парня, и меня вдруг осенила простая и очевидная мысль из категории тех, что посещают в последнюю очередь. Николаус же вампир, и хоть я трусливо игнорировала этот факт, поскольку он не бросался в глаза, но ведь есть же некоторые особенности, о которых, по словам Шанти, Ник не любит распространяться.

— Мне надо с ним поговорить.

Я отбросила подушку и, на ходу натягивая туфли, поскакала за парнем.

Ник успел добраться до комнаты и захлопнул дверь у меня перед самым носом. Я вздохнула и робко постучала.

Ноль реакции.

Я начала стучать громче и решительнее, требуя впустить, пока я не выбила дверь, и из соседней комнаты выглянул парень и попросил вести себя потише.

— Ник, — я поскреблась ногтями, — если ты меня не впустишь, я всем расскажу, что тебя зовут Николаус.

Как ни странно, угроза подействовала как надо, и через пару секунд я уже была внутри. Комната Ника не походила на склеп или что-то в этом роде, как можно подумать о жилище вампира. Напротив, тут оказалось очень светло, довольно аккуратно для парня, над односпальной кроватью висели плакаты с футболистами, а в углу я заметила футбольный мяч.

— Любишь погонять мяч? — спросила я, чтобы как-то нейтрально начать беседу.

— Это имеет значение?

— Может, и нет. — Я прошлась по комнате и наконец повернулась к Нику. — Но я знаю, кто имеет значение. Шанти.

— При чем здесь он?

— А при том, что он твой лучший друг, — припечатала я. — Он не один раз мне об этом говорил. Но это не значит, что он до конца своих дней будет разговаривать только с тобой. Я хочу, чтобы он стал и моим другом тоже, но если мы с тобой будем цапаться по поводу и без, то заставим его выбирать.

Ник промолчал.

— И я хочу извиниться, если проявила бестактность к твоим… твоим… привычкам.

Ну вот, самое тяжелое сделано. Я выпрямилась в ожидании хоть какой-то реакции, иначе буду чувствовать себя самой последней идиоткой в мире.

— Вообще-то бестактность здесь ни при чем, — негромко сказал Ник. — Шанти сказал мне, что ты из безмагического измерения и многого пока не знаешь. Этот идиот всегда был слишком добр ко всем.