Охота на оборотня (Наследница Аркаима)

И если бы руки спутника не подхватили меня за талию, не притянули к себе, быть может, уже тогда я отправилась бы навстречу Луне.

— Ненавижу! — выдохнула я, прижимаясь к нему ещё плотней.

— Я люблю тебя.

— Ты играешь со мной!

— Я женюсь на тебе, — прошептал он, прижимаясь лицом к моим волосам, — женюсь раньше, чем землю заметёт снегом. Или можешь проклясть меня.

— Прокляну… — прошептала я.

Мне безумно хотелось верить его словам. Но я не могла.

Глава 10

Когда утром Денис позвонил в дверь, я не стала открывать.

Предположение, что он мне попросту врёт, рассматривать было бесполезно. Во-первых, какой нормальный человек скажет девушке, что он оборотень? Во-вторых, как можно так угадать, попасть в цель? Хотел бы построить из себя таинственного героя в маске — мог бы с тем же успехом назваться вампиром или суперменом в конце концов.

Стараясь не обращать внимания на продолжающиеся настойчивые звонки, я сделала вид, что ничего экстраординарного не происходит, и поплелась к компьютеру — проверять, не появилось ли новых заказов.

Вместо заказа чудесным образом и своевременно пришло письмо от Ромки:

«Диана, нам надо поговорить».

Какое-то время я смотрела на него почти спокойно, а потом нажала ответить и решила излить все свои соображения на белый лист.

«Ты долбаный маньяк, ещё будешь меня пугать — костей не соберёшь.

Я нажала отправить раньше, чем успела удивиться сама себе. Зато почувствовала, что меня ощутимо отпустило — хорошая всё-таки вещь интернет. Не можешь высказать всё, что накипело, в глаза тому, кто тебя бесит — просто зайди и напиши кому-нибудь что-нибудь. Отзыв или письмо — абсолютно всё равно.

Довольно потирая руки, я устроилась поудобнее и начала перебирать старые проекты — давно собиралась скомпоновать новое портфолио, отражающее нынешнюю суть вещей.

Несколько часов просидела за работой и даже не заметила, когда трель звонка прекратилась. Мне захотелось есть, и я двинулась на кухню, чтобы с удивлением обнаружить, что в холодильнике есть только майонез. Даже хлеба, на который можно было бы его намазать, и то нет.