Вуаль Тьмы

Странно, что я раньше не замечал сие строение, наверное, из-за большого скопления людей, а сегодня людей уж поменьше, да и я вечно торопился, а сейчас у меня времени побольше.

Солнце постепенно заходило за горизонт. И тень сперва упала на ту загадочную заброшенную лавку. Я, недолго думая, подошел к ней. Я вышел из толпы людей и оказался на небольшом пустыре. Я сразу заметил, что вокруг неё полно свободного места. И только какая-то старуха в черном балахоне стояла неподалеку. Её морщинистое лицо было покрыто капюшоном, можно было разглядеть лишь её впалые щеки и тонкие сухие губы.

- Простите, а почему эту лавку забросили, что было здесь раньше? – осторожно спросил я.

- Отрава, – медленно и протяжно начала мрачная старуха. – Здесь продавали плохую еду. Несколько человек насмерть потравились.

- А, так вот оно что.

Похоже, стража рынка прознала об этом и моментально прикрыла лавчонку.

Мне стало интересно, что же она тут делает, но я долго не мог решиться спросить. Я стоял как идиот и просто смотрел на эту фигуру в черном балахоне.

- А что Вы здесь делаете тогда, если не секрет? Как я понял это место теперь обходят стороной, да и выглядит оно жутко, даже без «отравы», – всё-таки решился спросить я.

- А я тут отдыхаю, внучок. – Так же медленно и протяжно ответила она. – Люблю понаблюдать за людьми со стороны. Я уже на закате жизни, милок, что ещё мне остается делать? Последняя радость жизни – посмотреть на то, как бурно живут другие.

Я хоть и не видел её глаз, но я понимал, что видит она меня прекрасно. От этого становилось не по себе. И я уже понимал ,что мне надо поскорее закинуть еду домой, да и отвлекать человека от отдыха, не очень хорошая идея, тем более такого.

- Хорошо, ладно, не буду мешать. Простите за беспокойство, до свидания, – вежливо попрощался я, и сразу же развернувшись, удалился прочь с рынка. Я сказал ей «до свидания», но надеюсь повторного «свидания» у нас с ней не будет.

Дорога до дома была долгая, но привычная, я жил к югу от центра. Мои потолки высоки, а дом трехэтажен. Поэтому с балкона третьего этажа я спокойно мог смотреть на город и любоваться им.

Придя к себе, я скинул с себя латы и оделся в обыденную одежду: белая рубаха, черные брюки и старый черный комзол. Убрал все свои вещи и поднялся на третий этаж, заодно посмотрев на часы. Они показывали восемь вечера.