Вуаль Тьмы

Тут почти весь город усеян ими, но мы с моим товарищем лейтенантом Криком, не одни из них, – начал объяснять ему я.

- Почему я должен вам верить?! – грозно спросил он, сжимая мушкет ещё сильнее.

Я раскинул руки в стороны.

- Ты посмотри, в каком мы сейчас положении. И если тебе интересно, то мне ещё своих близких спасать надо, а я тут заживо гнию.

- А, понял, – на него явно снизошло озарение. – Звучит вполне убедительно.

Отлично, наконец-то этот верзила понял, что к чему.

- Но как вас отсюда выпустить?

- Видишь того парня, вернее то, что от него осталось? – указал я на лежащие тело, напротив своей камеры.

- Тот, что лежит у подножия лестницы? – уточнил солдат. - Да, вижу!

- Отлично, у него на поясе должны быть ключи от этих клетей.

Он тут же спустился по лестнице, облокотил мушкет на стену и начал рыться в груде униформы и костей.

- Нашел! – радостно произнес он, подняв руку со связкой ключей у себя над лицом.

- Отлично! Теперь с помощью них открой наши камеры.

У этого солдата довольно грозное и потрепанное боями лицо, но чувствовалось, что он был ещё совсем ребенком в душе.

Он быстро подобрал нужные ключи и выпустил сначала меня, а затем и Крика. Мы с ним стояли и смотрели на нашего спасителя, не зная, что сказать. Такой резкий поворот событий был явно удивителен. Солдат заметил эту неловкую паузу.

- А я ефрейтор Бранденбург-Прусской армии Гюнтер Мантисс, – представился он, вставая к стенке, чтобы хоть как-то видеть нас с лейтенантом одновременно.

- С нас сорвали нашивки, мы больше не являемся стражниками в каком-либо звании, мы теперь простые гражданские, – тут же произнес Зверобой. - Тем более мы понимаем твоё недоверие и страх в тот момент, тогда было не до приветствий. К тебе, Ганс, это тоже относится, теперь ты можешь спокойно называть меня Николас.

- Вас понял, – я слегка помедлил.

Зверобой улыбнулся и молча кивнул.

- Где ваш командир и откуда вы здесь вообще? – обратился Крик к ефрейтору.

- Подполковник Шульц на первом этаже, вместе с остальными бойцами. Нас тут три роты. Две пехотной и одна гренадерская. Мой командир вам всё и поведает.

- Отлично, тогда пойдем, – нетерпеливо вставил я.

Мы тут же поднялись на первый этаж, и перед моими глазами предстала картина настоящей бойни.