Завтра я стану тобой

 

 Район низины у самого берега озера во времена моего детства считался неплохим, хоть и небогатым. Но однажды озеро, повинуясь заклятию какой-то обезумевшей госпожи, вышло из берегов и затопило земли в округе. Большинство построек уплыло вместе с отливом. После катастрофы в низине обитали, разве что, бродяги, да пленники зелёного змия, растратившие блага на выпивку. Домик, в котором я жила до замужества, выстоял, но перестал быть пригодным для жилья. Восстанавливать его я не стала: не хватало ни сил, ни времени.

Да и нужды в том не было. Мне казалось, что наш с Йозефом брак будет длиться вечно. Теперь я жалела, что не позаботилась о жилье, которое оставила мне мать. Только глупая женщина может отрезать себе последний путь к отступлению.

- Низина так низина, – голос Линсена звучал бесстрастно и холодно.

 Я снова позволила себе выдохнуть с облегчением. Мои цели Линсена не интересовали. Отсутствие любопытства – хорошая черта.

- Последний раз спрашиваю, – Линсен обернулся через плечо и сверкнул жёлтыми радужками, – пойдёте в повозку?

- Пойду пешком!

- Ваше право, госпожа Альтеррони, – он медленно тронулся, – не соглашаться.

А моё право – не переубеждать вас в этом решении.

 Щёлкнули поводья. Зацокали лошадиные копыта. Покачнувшись, повозка заелозила по траве.

 Раздражённо хмыкнув, я поспешила следом. Без груза движения давались легче, но усталость всё равно оказалась сильнее воли. Она гирями висела на икрах, давила на плечи, звенела в голове.

И сжимала грудь, не давая сделать полный вдох. Будь я дома, давно легла бы да заснула.

- Госпожа Альтеррони, – Линсен снова обернулся.

- Что! – выкрикнула я сквозь одышку.

- Садитесь в повозку! – он махнул рукой. – Отстаёте!

- Ни за что!

 Собрав в кулак последние силы, я рванула по стоптанной траве. Налетев на выступающий корень, споткнулась, но удержала равновесие. Носок неестественно выгнулся, но боли я не ощутила. Пока заклинание действует, надо будет проверить, всё ли в порядке с пальцами.

 Подняла голову, озираясь. Повозка выезжала с потаённой тропы на дорогу. Фиолетовая тень волочилась за ней, как покрывало. Цветущая веточка застряла под обшивкой крыла, и теперь кивала, как флаг, разбрасывая белые лепестки.

 Добрые двадцать метров, но я справлюсь. Ну, держись, Линсен Морино!

 Я побежала по тропке, путаясь в переплетениях трав. Горячий воздух лил в лицо сладкий мёд, спирая дыхание.