Ключи от города

Оставаясь на берегу, не ступая на тонкий перешеек, Катерина заговорила ожесточённо, недавняя улыбка не сияла больше на губах:

– Соседи хотели выбросить моего мальчика на корм темням, считали, что он не жилец и только помрёт даром, а так его можно использовать для отсрочки чужого приговора. Капа исцелила Иштана, и теперь мы оба счастливы здесь, но те люди остались. Они непременно уцелеют в любом бедствии, потому что на всё готовы ради этого. Ты хочешь, чтобы они пришли сюда? Желаешь, чтобы они решали, жить твоему ребёнку или умереть, как определили, не мучаясь сомнениями, судьбу моего?

Гариш не ответил, хмуро глядя на женщину с мальчиком на руках.

Иштан всё ещё сжимал яблоко, с трудом удерживая его в маленькой ладошке. Не ел, прижимал к себе как драгоценность, да так оно и было в том мире, где он провёл большую часть своей маленькой жизни. Я сказала робко:

– Они были сильнее и топтали вас. Не отвечай тем же.

Мужчина не поглядел на меня. Казалось, всё его внимание поглотил красный полосатый плод в исхудалой ручонке.

Так и не сказав ни слова, он развернулся и пошёл прочь. Наверное, там тоже была тропинка. Вдоль оврага теснилось много ферм – воду для полива огородов из ручья брали.

– Скорее, давай бутылочку! – подпихнула меня под локоть Эльвира.

Он поглядывала то на потеплевший ввечеру обрыв, то на кусты, за которыми скрылся наш противник.

Я выудила тёплый от близости тела сосуд и протянула ей. Солнце садилось, заливая оранжевым светом каменную стену, сияло на воде. Эльвира нагнулась над кипунком и радостно вскрикнула, когда он, словно дождавшись подлинного внимания, заискрился золотыми блёстками.

Сверкнула зелёным бутылочка, погружаясь в родник, и вынырнула обратно с пойманными каплями. Я следила за этим чудом как в первый раз. Сразу забылся тягостный разговор, хотя я понимала, что помнить о нём нужно, потому что он раскрыл мне многообразие существующего в мире добра, а знать, кто твой друг, так же полезно, как помнить врага.

Эльвира протянула сосуд, и я приняла его, ещё влажный, прохладный от купания в волшебных водах.

– А почему ты сама не носишь капли? – спросила я неожиданно для себя и тут же устыдилась проявленной дерзости.

Конечно же, старой женщине тяжело бегать по ночным улицам. Я молодая и то устала, а есть ведь ещё скверные люди, вроде соседа Гражины.

– Я носила их всё время, – ответила Эльвира. – Только здесь, в светлом мире. В дома крестьян тоже часто стучится беда, им, как и вам, требуются золотые росинки.