СинтеZ

Наставница переживала, что в следующий раз никто не прервёт уединение, и случится непоправимое. Её душа хотела вопреки правилам и страхам сдаться в плен, в то время, как разум понимал всю опасность запретных отношений. Тело желало Каила, и от каждого прикосновения хотелось наброситься на Миронова, в порыве страсти разорвать на нём одежду, искусать, исцарапать…

– Я думал, вы не против.

– Ещё как против. Можешь хоть целиком облапать Тину, а меня оставь в покое!

 Душа наставницы кровоточила от мыслей, что он вернётся к бывшей, но это нормально – очередная жертва во имя «Синтеза», во имя войны.

– Я ошибся. Извините, – он оставался спокойным. 

Лучшее, что он мог сделать – это принять её слова и не спорить. Он не хотел стать подобием Тины и опротиветь Спектре. Миронов понимал, что поторопил события, и готов проиграть бой, но не сдаться. Огонь в нём не угас – вспыхнул ярче, словно подлили керосина. 

– Ладно. То было недоразумение. Ты выпил, вот тебя и понесло на нежности, – для себя Спектра не нашла оправдания.

– Вы правы, это недоразумение. 

Если бы она только понимала, как много значило «недоразумение» для Каила. Хорошо, что не ведала. 

Наставница успокоилась и была рада, что Миронов подтвердил мысль. Какая-то потаённая часть её души хотела, чтобы он сознался в чувствах и, быть может, она перестала ощущать себя одинокой. Хотя, Спектра одиночество рассматривала как свободу и дорожила им. 

Безопаснее оставаться к Каилу равнодушной. Увы, с эмоциями сложнее, чем с врагами из плоти и крови – чувства имеют препаршивое свойство воскресать даже после тысячного убийства.

– Ну, рассказывай. Что на этот раз видел? – она села на корявое бревно у воды, прикрывая лицо от ветра. Её волосы походили на языки пламя, танцующие с ветром под луной.

Каил хотел выложить всё, как на духу, но вспомнил предыдущую попытку сказать правду. 

– То же самое. Звёзды, шар, железных птиц. Ничего особенного, – Миронов не умел врать и повезло, что наставница сейчас не желала докапываться до правды.

– Думала, как попасть в Эдемион. 

– И как? Появились идеи? 

– Появились. Солдаты прилетят на бой с механиками, и мы обратно улетим с ними. Сейчас найдём высокое здание, сядем на крышу и будем высматривать вертолёт. 

– И сколько придётся ждать? День, два, полгода? Мы окоченеем раньше, чем он прилетит.

– Сколько потребуется. Но ты можешь не ждать.