Волчья книга. Том II. Амарант

— Не смей! — прошипел он. — Мне убить тебя — что помочиться.

— Тогда сделай это! — прохрипела, ногтями царапая его руку. От напряжения заболели глаза, запульсировало в ушах, рождая комариный звон. Я запрокинула голову, выталкивая язык, борясь с тошнотой и болью.

Отпуская, он ударил мою голову о землю, отваливаясь в сторону. Мой кашель пронёсся по комнате вместе с рвотой. Я избавлялась от остатков съеденной накануне еды вместе с желчью и своим достоинством.

— Я никогда не убью тебя, — раздался спокойный голос рядом.

Убрав волосы, опираясь на локтях и коленях, посмотрела на Кая, сидевшего на ягодицах, подтянувшего колени к груди, положив на них руки и задумчиво рассматривавшего пальцы, которыми минуту назад душил меня.

— Это выше моих сил, — продолжил он. — Но… ты не ты. Они забили твою голову всякой ерундой. И из-за этого никогда не смогу доверять тебе.

— Тогда зачем ты всё это делаешь? — хрипло спрашиваю, отползая в сторону и переворачиваясь на спину. Платье покрылось толстым слоем комьев пыли и грязи, утратив всю свою красоту.

— Потому что я знаю выход, — он обезоруживающе улыбнулся. — Вот увидишь, тебе понравится то, что я придумал для тебя.

Значит это мне категорически не понравится.

* * *

После эмоциональной разрядки, за ручку вышли из комнаты. Кай недовольно оглядел меня, слегка сморщив нос. Я та ещё штучка. Испачкавшаяся в порванном платье, в волосах следы от рвоты, как и на губах и щеках вместе с грязью. Представляю, как бы на это отреагировал король. Наверное, счёл бы, что именно этого и заслуживаю.

Но Кай решил иначе, он совершенно ничего и никого не стесняясь, провёл меня через центральные коридоры королевского дворца, давая возможность вволю постыдиться своего вида перед придворными. И позлорадствовать, видя какие рожи они корчат. Представляю, что творится в их головах! Столько шума вокруг какой-то человечки! Невиданно-неслыханно!

Кай привёл в свои покои, где отправил в ванную комнату. Я понадеялась, что там он меня и оставит, но не тут-то было.

Меня готовили к сексу с королём. В этом белье я должна была предстать перед ним. Не перед Каем. Мнение Кая — вторично. Только моё поведение нарушило эти планы. Любой мужчина был бы в бешенстве. Но злость этого волка коснулась исключительно одежды.