Девушка с золотыми волосами

- Она знает? Догадывается? - уточнил Доминик.

- Кажется, до встречи со мной она ни о чем не подозревала.

- Плохо, плохо, - покачал головой святой отец, поднимаясь с колен. Видимо Богу нужно, чтобы сейчас он помогал этому миру не молитвами, а делом. - Тебе надо ее ко мне привести.

- За этим я и пришел. Девушка сейчас в тюрьме. Ее обвиняют в убийстве, которое совершил я. Я хочу ее освободить. Но мне потребуется твоя помощь, чтобы потом вывезти ее из города.

Доминик призадумался.

- Ты понял, какой у нее alius? - наконец спросил он.

- Она подчинила меня своим голосом, - Антресу не понравилось вспоминать момент, когда alius Виттории сделал его беззащитным.

- Ой-ой. Молодая alius, еще толком не контролирующая свою способность, заточена в тюрьме. Бедная девочка напугана, растеряна, может в любой момент по незнанию воспользоваться своим alius. Опасно, очень опасно, - в голове Доминика одна за другой рисовались страшные картины.

- Так я могу рассчитывать на твою помощь? - прервал его Антрес.

- Конечно. Когда ты планируешь ее освободить?

- Этой ночью. Ей лучше не задерживаться в тюрьме.

С того самого момента, когда Витторию бросили в темницу, она все время тряслась. Но не от холода (почему-то девушка его не чувствовала, хотя и была одета только в легкую нижнюю рубаху), а от страха. 

В короткое мгновение столько всего произошло. 

Убийство клиента. У Виттории до сих пор перед глазами стояло перекошенное лицо судьи и брызгающая веером кровь.

Потом этот Антрес. Необычный. Может потому, что он назвался Призраком? Или дело во внешности? Хотя он и был слишком смугл и темноволос для местного жителя, было что-то привлекательное в его лице. А может быть, продолжала рассуждения Виттория, он зацепил ее своей внутренней уверенностью, не благородной, но все же статью?

Еще он назвал ее alius. Виттория так и не поняла, что это означает. Было в этом слове что-то таинственное и загадочное, внушавшее Витте благоговение.

Ее арест. 

Эта темница. 

Ее неминуемая казнь. 

К ней приходили разные люди, задавали вопросы. Она отвечала, что невиновна, что судью убил человек в капюшоне. Виттория нутром чувствовала, что нельзя называть имя Антреса. Ну просто нельзя. Скорей всего ее признание не спасет ее от висельницы. Этим людям не нужно найти настоящего виновного, им нужна красивая, показательная казнь.