Девушка с золотыми волосами

Это не твое дело, - с угрозой в голосе произнес ассасин. Он держал кинжал на виду, но специально не поднимал его, давая понять своему бывшему нанимателю, что пока еще он настроен решить дело миром.

- Ошибаешься, Антрес. В тот момент, когда ты вывел девку из тюрьмы, это стало моим делом. Она перестала быть простой шлюхой, прирезавшей клиента. Ее вытащили, ей помогли, значит за ней и за убийством судьи стоит кто-то важный. Мне не нужно такое внимание к этому убийству. Отдай мне девку, и я уйду.

- Нет, - если раньше Антрес боялся Рензо и того, как он может испортить ему жизнь, то теперь он понял, что нет смысла бояться дороги, с которой сошел.

- Ты совершаешь ошибку, - прорычал Рензо. - Я же все равно ее найду, а тебя казнят вместе с ней.

Антрес еле сдержался, чтобы прям сейчас не броситься на Рензо. Но он понимал, что тот специально его раззадоривает, пытаясь вывести из себя.

Тут из-за спины Антреса вышел Доминик.

- Ты не найдешь ее, Рензо, - спокойно и уверенно сказал священник.

Рензо скривился в зловещей ухмылке.

- Нет, один я не уйду.

Он выхватил из ножен свой кинжал и бросился на Антреса. Ассасин с трудом успел парировать удар. Рензо сделал еще несколько выпадов. Антрес отражал все его атаки, но ему никак не удавалось перехватить инициативу. Все-таки в открытых поединках один на один у него было не так много практики.

- Антрес, Рензо, прошу вас, не проливайте кровь на святой земле, - запричитал Доминик, но дерущиеся его не слышали. 

Рензо уверенно оттеснял Антреса в сторону алтаря. Антресу становилось все труднее и труднее не пропускать удары. Была только одна возможность сделать в этом бою небольшую паузу и начать вести его по своим правилам.

Приняв очередной выпад, Антрес резко отскочил вбок и нырнул в невидимость.

- Ах, вот ты как, Антрес, - истошно закричал Рензо, оглядываясь по сторонам.

Как бы неприятно не звучали слова Рензо, Призрак понимал, что правильней всего именно бежать. Потому что другой вариант — это нанести подлый точный удар из невидимости. То, что он, как ассасин, лучше всего умеет. Но Антрес не мог оскорбить Доминика, убив человека на земле, которую его друг считал святой.