Путешествие в Лондон

— Это мне Вив свисток для чайника подарила, — сказал Алан извиняющимся тоном, доставая чашки из тумбочки. — Она уверена, что без него я сожгу и чайник, и магазин, и себя.

— А почему свисток, а не электрочайник с автоматическим выключением?

— Вив знает, что я все равно буду использовать этот. Он отцовский, — Алан печально улыбнулся, а у меня в голове будто паззл сложился: зародилось одно нехорошее подозрение. Вся эта грустная растерянность Алана, его оговорки: «Наш… мой магазин», название «Годдард и сын» — если предположить, что фамилия Алана — Годдард, то где сын?

— А… где сейчас твой отец?.

— Умер, — Алан опустил взгляд на фарфоровую чашку с узором в виде розочек, которую он нервно вертел в руках. — Две недели назад.

Мои опасения подтвердились. Алан сейчас выглядел таким потерянным, что хотелось обязательно ему помочь, но как тут поможешь? К тому же, заботой об Алане тут видимо занималась Вив.

— Мне очень жаль, — сказала я.

— Нет, — Алан покачал головой, все еще глядя на чашку. — У него было что-то с сердцем. Я не помню точно. Врачи говорили какие-то умные слова, но я мало что понял. Только, что отцу плохо. А потом, что он… — Алан замолчал, поднял на меня глаза и виновато улыбнулся: — Прости, не стоит тебя этим грузить.

— Все в порядке! — поспешила сказать я. Манера общения у Алана вообще была довольно странная: с одной стороны, он много болтал, с другой — как будто вечно боялся сказать что-то лишнее.

— Чай! — сказал он с избыточным энтузиазмом и принялся наполнять чашки. Я смотрела на его худую спину и думала о новой информации. В то, что смерть его отца с нападением никак не связана верилось очень слабо. Я задумчиво обводила карандашом контуры амулета незнакомца в капюшоне, потом взялась подрисовывать к нему и кулон Алана, прикидывая, как это будет выглядеть, если их соединить. Вопросов пока было больше, чем ответов.

— Ты же не против черного чая? — спросил Алан.

Я подняла голову и ответила:

— Нет, не против.

— И… у меня в пакетиках, ничего? — он приподнял коробочку чая с несколько виноватым видом. Я удивленно пожала плечами:

— Ничего.

Чайный снобизм был мне чужд. После еще парочки столь же неловких вопросов, передо мной появилась чашка черного чая без сахара и с молоком. Себе Алан сделал такой же, но сладкий.