Сорцерий. Книга II. Свет во Тьме.

Август не впервые шел к Юноне с повторной просьбой, каждый раз уповал на возможное видение, на подсказку, но его не случалось. Когда волшебница прикасалась к принцу, то видела и чувствовала лишь боль, которой он пропитался до кончиков пальцев. Как бы ни хотела Юнона помочь, ответы не приходили и оттого Август лишь сильнее погружался в отчаяние.

— Прости, что не могу помочь тебе, — искренне сожалела волшебница. — Может, если ты приведешь ко мне Лилиан, я смогла бы увидеть, кто сорвал цветы с часовни…

— Я пытался познакомить вас прежде, но всегда получал отказ.

Лилиан боится, что ты увидишь всю ее боль, связанную с отцом и матерью, что доберешься до обиженного ребенка, которого она прячет за маской твердого и сильного воина. Даже если ты промолчишь, она сама невольно разбередит свои раны.

Эльф, конечно, не хотела копаться в том, что привносило хаос в ее внутренний мир, но истинной причиной нежелания встречи с волшебницей являлся Теос. Лилиан боялась, что Юнона увидит правду, поведает, что никакой эльф не герой, что всего лишь воспользовалась обстоятельством и обманом получила почет.

Да и слишком много лжи накопилось в жизни…

— Если Лилиан любит тебя, то вопреки собственным страхам захочет помочь даже будучи уверенной в бесполезности моего дара. Попробуй, спроси ее снова, ведь теперь причины для знакомства иные…

— Я попрошу ее…

— Только не затягивай. Я чувствую скорое приближение Тьмы, видно Миртис готова к войне…

— Так и мы к ней готовы. Всегда.

— И все же напомни о Миртис народу, назови имя ее в каждом городе, который встретишь на пути к Лилиан.

Они должны вспомнить, что колдунья злых умыслов не оставила, что колдунья вернется.

— Исполню, — пообещал Август.

Следуя данному волшебнице слову, Август отправился в королевство Иджис по землям Сорцерия, поднимая из пыли воспоминаний имя Миртис. Кто-то отмахивался, полагая, что колдунья давно скончалась, кто-то, напротив, с благодарностью озадачивался защитой. Как бы то ни было, Миртис уже не застать врасплох жителей Сорцерия.

Когда Август прибыл в королевство Иджис, его удивило, что Лилиан по-прежнему проводит обучения воинов. Он удивился куда сильнее, когда повстречался с ней: Лилиан ничуть не изменилась с тех пор, не прибавила в весе, не округлилась. Заметив растерянный взгляд принца, эльф вспомнила свою главную ложь. Стерев с лица радостную улыбку, Лилиан ловко заменила ее на скорбь, и прижалась к груди Августа в драматичном отчаянии.