Под колпаком у ректора

— Даррен вытащил из-за пазухи книгу и несколько мелков. — Лучше помоги мне. Начнем с круга.

— А я? — робко подала я голос. — Мне тоже мел брать?

— Ну уж нет. — Даррен издал сухой смешок. — Сколько раз ты начертательную магию сдавала? Десять? Двадцать? Мы уж как-нибудь без тебя справимся.

Понятное дело, настаивать я не стала. Не очень-то и хотелось, как говорится.

Я по-прежнему стояла на самом пороге, наблюдая за тем, как трудятся мои друзья. К стене рядом привалился Роджер, который даже не пытался встать на ноги.

— А ты, Арлин, пока выбери, кого призывать будем, — приказал мне Даррен, не отрываясь от работы.

Парень стоял на коленях и щурился, выводя особенно замысловатый знак. 

— И как это сделать? — поинтересовалась я.

— В книге сказано, что души людей, которых ты знал при жизни, охотнее отзываются на призыв, — пояснил Даррен. 

— Сомневаюсь, что кто-нибудь из этих личностей бывал проездом в нашей деревне, — протянула я со скепсисом.

— Ну, тогда найди какое-нибудь знакомое имя, что ли, — посоветовал Даррен. — Про кого ты читала или слышала. А еще лучше — чей портрет видела. Надо хотя бы примерно представлять, кого звать будем.

Своя логика в словах Даррена была. И я неторопливо двинулась по периметру склепа, изучая мраморные таблички.

Имена, которые на них были начертаны, ничего мне не говорили. Ну, то есть, я знала, что некая Розалия Оперн была первооткрывательницей закона преумножения эффекта заклинаний при совместном действии.

Я медленно продвигалась вперед, беззвучно читая таблички. И вдруг остановилась, как вкопанная.

— Кеннет Робертс, — громко проговорила я.

— А? — София разогнулась и с недоумением посмотрела на меня.

— Тут похоронен прах Кеннета Робертса, — пояснила я.

— Это его отец, — внезапно проговорил Даррен, в свою очередь отложив мел в сторону и небрежно отряхнув ладони от белой пыли.

— Отец? — удивленно переспросила я. — Разве у Родерика…

И замялась, осознав, насколько глупо прозвучит мой вопрос.

Конечно, у Родерика есть отец! И мать у него наверняка имеется. Но я при всем желании не могла представить нашего преподавателя начертательной магии маленьким ребенком.