Заклеймённый

   Вместо ответа она услышала, как что-то заскрежетало совсем рядом. Девушка осмотрелась и поняла, что Сайрус привел в действие какой-то механизм, и часть стены негромко отодвинулась назад, создавая небольшой проход. 

   - Что это? Как вы узнали…? – она была немного обескуражена такой осведомленностью своего спутника.

   - У меня везде есть глаза и уши, – услышала Беверли голос Сайруса и его рука снова завладела ее пальцами.

   Дальше последовал долгий спуск по темной лестнице, сопровождаемый запахом сырости и прохладой.

   - Когда-то давно я узнал про этот ход, но еще ни разу им не воспользовался, – послышался негромкий смешок, и девушка непроизвольно закатила глаза. – Даже стражники не знают, что именно охраняют. Мало кому известно, что входов в казну три. Один – основной, второй – тот, по которому движемся мы и третий – совсем забытый.

   Лестница, наконец, закончилась, и девушка ступила на более или менее твердый пол, выдохнув с облегчением. Она выставила руки в стороны и убедилась, что все еще находится в узком коридоре. Затхлый запах и паутина, попадающаяся на пути, вызывали дрожь. Беверли постоянно думала о том, в каком виде она появится в бальном зале, как только это закончится. 

   - Видите впереди огонек? Мы почти на месте.

   - А внутри нет стражников? – вдруг, испугалась девушка.

   - Нет, им запрещено входить в этот зал. 

   Огромный, ярко освещенный зал встретил их настоящим сиянием. Беверли слегка приоткрыла рот от изумления и восторга. Бесчисленное множество сундуков с золотыми суинами и серебряными сунами, стеклянные витрины, в которых хранились драгоценные камни и украшения. Девушка подошла к одной из них и не смогла отвести глаз от великолепной диадемы, украшенной многочисленными мелкими рубинами и одним огромным в центре.

   - Это драгоценности королевы Анжелины и принцессы Лилианы, – голос Сайруса прозвучал так неожиданно, что девушка подпрыгнула и схватилась за сердце. – Вы стали немного нервной.

   - Это от того, что я не вижу вас! – выпалила Беверли раздраженно.

   - Если бы я знал, что это так важно для вас, то не лишал бы вас такого удовольствия.