Заклеймённый

– С его дьявольской улыбкой и этими несносными ямочками, он великолепно справится!

   Беверли понимала, какую чушь несет, но согласиться отправиться в бордель добровольно? Она знала, что этот сумасшедший авантюрист уже придумал для нее что-то жутко неприятное и унизительное. 

   - Мы часто отказывались от подобных весьма прибыльных, кстати сказать, предприятий лишь потому, что проникнуть в это место можно лишь в качестве работницы или клиента. – Мистер Мортимер слегка повеселел после ее шутки, но все еще чувствовал вину за этот разговор.

-  Знатная дама, которую я упоминал, готова очень хорошо заплатить. Если она уличит своего мужа в измене, то сможет освободиться от него или же улучшить свою жизнь. Я несколько раз отказывал ей, но она настаивает, утверждая, что не сомневается в том, что я что-нибудь придумаю.  

      На мистера Мортимера было жалко смотреть. Этот разговор и без того мучил его, а тут еще ее злость. Казалось он готов замолчать и более не возвращаться к нему, но Беверли видела, как это важно.

   - Прежде чем принять решение, я должна понять, что именно мне предстоит, – тихо сказала девушка, убеждая себя, что откажется от этого дела.

   - Мы выдадим вас за одну из девиц, и вы проникнете в комнату, которую чаще всего выбирает муж нашей клиентки. Если он, конечно, действительно туда ходит. Наш мистер Икс пользуется некими…, пилюлями…, как же сложно говорить с вами об этом, – маг сосредоточенно потер ладонью лоб, пытаясь отыскать нужные слова.

– В общем, эти пилюли станут доказательством адюльтера.

   - Каким образом? – не поняла Беверли.

   - Это снадобье помогает ему…, скажем так, становиться сильнее.

   - Он же не бороться с ней собирается, – девушка совершенно не понимала о чем идет речь.

   - И тут вы правы, – мистер Мортимер устал выбирать выражения, но уважал отношение Беверли к правилам хорошего тона. – Как только он выпьет пилюли, то зачем он туда придет, станет возможным.

   Беверли немного помедлила, обдумывая слова мага, а когда их смысл добрался до ее сознания,  залилась краской.

   - Ах, вы вот о чем…

   - Простите меня, мисс Беверли, но у нас, правда, нет другого выхода. – Мистер Мортимер осторожно коснулся ее руки своими прохладными пальцами, словно это прикосновение могло передать всю неловкость и вину в его душе.