УВМД-1. Семь рыцарей для принцессы

– Пф! Мне виднее, нужна мне помощь или нет, – из чистого упрямства ответила она, но тело, сопротивляясь доводам разума, не дало ей сделать и шага прочь. Левая рука все так же покоилась на его плече, а правая – в его горячей ладони. Стефания зажмурилась, но отстраненное смуглое лицо будто отпечаталось на внутренней стороне век, от него не удавалось избавиться. Словно наваждение. Надо было уйти сразу.

– Музыка стихла.

Она вскинула голову, только сейчас поняв, насколько танец увлек ее, танец и глупые фантазии.

– Музыка стихла, Стефания, – он назвал ее по имени, не в первый раз, но сердце заколотилось в груди. Это все неправильно. – Позволь откланяться. И, – Герман улыбнулся более открыто, – эта форма действительно тебе идет.

Он ведь не лгал, сказал то, что думал, но почему-то захотелось плакать. Стефания отпустила его и даже не обернулась, когда он обошел ее скрылся в толпе.

– Хозяйка? – Ситри, конечно, все это время не спускала с нее глаз. Не просто ей приходится, странно, что раньше Стефании это не приходило в голову.

– Все нормально.

– Но вы… у тебя слезы? – Ситри нахмурилась и сжала кулаки. Верная, заботливая Ситри, которая даже на празднике не сменила привычной одежды и прически, будто этот день для нее не отличался от остальных. – Если это он, я вышибу ему мозги, какими бы ценными для вас они не были.

– Да на что мне его мозги!.. – в отчаянии выкрикнула Стефания. Почему именно сейчас она начала понимать, как дурно вела себя все это время с людьми, которые к ней не безразличны? – Я должна с ним поговорить! Где он? Ты видела, куда он пошел? Я скажу ему… – тут она не смогла ничего придумать, но это и не важно. – Я все ему скажу, все! Ты мне веришь, Ситри?

Подруга кивнула. Она всегда понимала, всегда верила – грубая и сильная снаружи, и такая мягкая и нежная внутри.

– Вниз пошел, – тихо ответила Ситри. – За Бертом.

Стефания подпрыгнула, чмокнула подругу в щеку и поспешила за Германом.

Ночью в саду перед административным корпусом распускались диковинные маленькие цветочки с нежно-розовыми лепестками и сильным сладким запахом. Возможно, именно поэтому Герман растерялся, едва покинул здание.