УВМД-1. Семь рыцарей для принцессы

Она даже не подозревала, что компания лощенных индюков, не сговариваясь, мечтала проверить, так ли упруга ее попа, как выглядит. Кстати об этом. Герман невольно скосил глаза, но тут же одернул себя и затряс головой.

Если бы он не вмешался, несколько парней бы уже оказались на больничных койках – Герман очень четко улавливал присутствие Ситри где-то в тени. А Стефания, привлекая к своей персоне совершенно ненужное внимание, рисковала себя рассекретить. Именно это привело его в чувство, уводя в сторону ненужные мысли.

– В каком виде? Нигде в правилах не указано, что запрещено являться на мероприятие в парадной форме!

– Стефания! В женской парадной форме – юбка! А не брюки!

– Что за дискриминация! – вспыхнула Стефания, и от ее привычной холодности не осталось и следа. – Или ты тоже относишься к этим?

Она не уточнила, кто были “эти”, но Герман ее понял. Выходцы из самых отсталых миров, примерно таких как Ландри, часто становились самыми ярыми приверженцами мнения, будто удел женщины – рожать детей и подчиняться мужчине.

– Прости, – Герман сжал ее пальцы и отпустил, но заговорил мягко, переходя почти на шепот. – Просто хотел пригласить на танец.

– Что? – девушка не ожидала такой скорой капитуляции. Она даже как-то внутренне дрогнула и потянулась к нему малознакомым, но теплым чувством, отдающим ароматом спелой клубники.

– О! Ты ведь Стефания? – прервал их перебранку знакомый голос, в котором Герман признал Вильяма, того самого студента с первого потока. Мгновенно стало не по себе – что ему тут нужно? Клубничный дымок рассеялся, Стефания заинтересованно подняла голову. – Наслышан. Тебе очень идет эта форма.

– Спасибо, – даже без намека на кокетство поблагодарила она, и губы Вильяма изогнулись в усмешке.

– А ты интересная.

– А ты ведь Вильям?

Про Германа они будто и забыли.

– Он самый. Зигфрид рассказывал о тебе, и я не мог удержаться от любопытства. Потанцуем?

Он галантно протянул Стефании руку, а она с готовностью приняла приглашение, обернувшись напоследок, и окинув Германа насмешливым взглядом, словно говорила: учись, как нужно с девушками обращаться. Разве что язык не показала.