УВМД-1. Семь рыцарей для принцессы

– Сколько еще мне смотреть на ваши выходки сквозь пальцы? Посмотрите на себя, в каком вы виде? А ведь в анкете при поступлении вы указали, что горите желанием учиться. Что, перегорели? Хотите вылететь? Это нетрудно обеспечить, вы уже неплохо постарались. Интересно, что будет с курсантом Кельвином, когда вы соберете вещи и вернетесь в свою деревеньку, пасти коров?

Германа прошиб холодный пот. Никогда до этого он не был так близок к провалу, хотя уже нарушал правила до этого, хотя каждый раз не по своему желанию. Гротту ничего не стоило пойти к декану и заодно сообщить о проникновении в оружейную.

А что он еще знал?

– Не пытайся применить на мне свой ментальный дар, – совсем другим тоном предупредил Гротт и заложил руки за спину. – Тебе повезло, что должником ты мне нравишься больше, чем вылетевшим неудачником. Приведите форму в подарок, курсант Герман. И вытрите кровь.

Он развернулся на каблуках и пошел дальше, к открытым задним воротам.

Герман перелез на территорию училища, не чуя ни рук, ни ног. Перспектива оказаться исключенным не просто вылилась на него холодным душем, она привела его в настоящий ужас.

Дело было даже не в Альберте, хотя Гротт знал, на какое место стоит давить. Просто это была мечта. Давняя, любовно хранимая и лелеемая, мечта, к исполнению которой пришлось приложить столько усилий, сколько и представить сложно. Стать магом, даже больше – стать человеком, которого бы уважали и с которым бы считались, человеком, которым бы гордилась матушка и которым бы гордился он сам. И все могло рухнуть в один момент. А ведь он лучший!

– Смотри, куда прешь, деревенщина!

Герман споткнулся и только благодаря этому нечто пронеслось над его головой, а не столкнулось с ней. Резко пахнуло болотной гнилью и газом. Герман выпрямился и увидел идущему к нему вальяжной походкой Ролана. Главная дорожка скрывалась за деревьями, и здесь, на искусственной поляне, они были одни.

– У меня одиночная тренировка, так что топай отсюда, – грубо выдал он и брезгливо поморщился. – Топай, говорю.

– Первокурсникам запрещено заниматься практической магией самостоятельно, – машинально процитировал технику безопасности Герман, и рядом с лицом пролетел дурно пахнущий снаряд. За спиной противно хлюпнуло и, обернувшись, он увидел стекающую по древесному стволу жидкую грязь. – Земля?

Ролан мгновенно побагровел и сжал кулаки:

– Заткнись! Не смей надо мной смеяться!

Земля считалась самой слабой из Стихий, но Герман и не думал издеваться или что-то вроде того.