УВМД-1. Семь рыцарей для принцессы

Собственно, боль он заметил только что, наверное, до этого был слишком сосредоточен. Мимо пролетел лайнер, кто-то громко вскрикнул, перебегая дорогу. Звуки, будто специально дожидаясь момента слабости, вторглись в мозг. Герман поморщился и вдруг почувствовал на висках приятную прохладу.

– Так лучше, – Дзюн отняла руку, и Герману захотелось как-то задержать ее, но Рене уже повернулся к ним. Оставалось только порадоваться, что до этого он отвлекся и смотрел в другую сторону. Но определенно что-то заподозрил. Выгоревшие брови сдвинулись к переносице:

– Что это лица у вас какие-то хитрые? Гера? А ну колись!

Герман почувствовал, как щеки заливает предательский румянец, но если сейчас отвести взгляд, Рене такого напридумывает, что вовек не разгрести.

На противоположной стороне улицы мелькнули светлые до белизны волосы, особенно яркие в контрасте с черной одеждой. Герман узнал его и вцепился в негаданную встречу, как утопающий в соломинку. Вот он, шанс узнать про Эмилию-Стефанию из уст того, кто ее знает.

– Эй, куда? – крикнул вдогонку Рене, но Герман уже рискованно пересек проезжую часть прямо перед движущимся к посадочной станции лайнером, едва не сбив по пути женщину с сумками. Беловолосая макушка пропала из виду и снова появилась гораздо дальше, возле скобяной лавки. Скрипнула дверь, звякнул колокольчик над входом, и дородная дама загородила собой весь обзор. Герман притормозил, оглядываясь, и, подчиняясь интуиции, свернул в проулок между домами.

– Герман! Герман!

Узкий закуток наполнился звуками, из-за угла вылетел Рене и прорычал злобно:

– Предупреждать же надо, блин! Спринтер доморощенный.

Дзюн тоже присоединилась, но в отличие от рыжего, была совершенно спокойна. Внезапно раздался звон битого стекла, и зычный женский голос громко посетовал:

– Ну что за день! А ведь знала, знала же!

Герман резко обернулся и нос к носу столкнулся со знакомой черноволосой провидицей в аляповатом платье в крупный цветок.

– О! – протянула женщина и, не иначе как от удивления, покачнулась. – Первый рыцарь! А где остальные шестеро? – она осмотрелась по сторонам. – Вот, еще два. А принцесса ваша где? Ничего не понимаю.

Она взялась за плечи Германа, обогнула его, путаясь в платье, и преспокойно пошла дальше. Герман хотел бы пойти за ней, расспросить, но ноги будто в землю вросли.