УВМД-1. Семь рыцарей для принцессы

Стефания мысленно усмехнулась, представляя как надулись и покраснели пухлые щеки.

– Причина? – не унимался Эрно.

Снова воцарилась тишина. Дамиан нахмурился, Стефания напряглась и перестала дышать, боясь представить, что произойдет, если на его вопрос не ответят.

– Курсант Кельвин! – Берт бодро подскочил со скамьи, чтобы доложить по всей форме, но даже в твердых нотках его голоса скользила мягкость. – Причина отсутствия – увольнительная.

Прозвучало как-то коряво, но учитель ответом оказался удовлетворен и довольно благодушно ответил:

– Садитесь.

Стефания позволила себе выдохнуть. Позади отозвались Берт и Вуди, снова зашуршали скамейки, стукнули о столешницу пуговицы кителя – это Берт навалился животом на стол.

– Прежде чем перейти к сегодняшней теме и практическому занятию, – учитель с досадой поморщился, словно совершенно не хотел произносить этих слов, – давайте обсудим, как прошла инициация.

На миг Стефании показалось, что в глазах учителя засверкали мальчишеские искры, словно и не было войны за спиной, и шрама, уродующего лицо.

– Вопросы есть?

У нее вопрос был, но она совсем не спешила его задавать. Ждала, когда кто-то первый признается, что после инициации совершенно ничего не изменилось. Не могла же она одна не видеть энергетических потоков? К тому же она замечательно помнила вытянувшиеся лица однокурсников и нытье Берта в комнате. Но никто не спешил признаваться, а губы Эрно продолжали расплываться в улыбке.

После общего провала инициации не возмущался только Герман, она специально следила за его лицом с удвоенным вниманием, будто готовилась вытащить из него все тайны.

– Курсант Дидрик!

– Я! – она вскочила на автомате, даже не успев удивиться. Вытянулась в струнку, вздернула подбородок, так же, как всегда делал Герман. И почему он снова лез в ее голову, особенно в такой момент?

– Вопросы?

“Никак нет” – хотела ответить она уже подготовленной фразой, но вместо этого само собой вырвалось:

– А почему у Германа нет фамилии?

И тут же прикусила язычок.

Улыбка с лица Эрно пропала, и сердце Стефании мгновенно ухнуло в ноги, по спине прошелся холодок. А сзади захихикал Рене:

– Все еще хуже. Нашей крошке одного конкретного мужика не хватает.