Некромант Серогорья

По шаркающим шагам можно судить, еле волочится, что после стольких лет заточения понятно. Да и не может моя кровь вернуть колдуну полную былую силу. Укутанный в ветхую робу волшебник миновал ворота, и я подметил как крепко он держится за посох. Будто лишь эта палка держит ходячие кости в мире живых.

Ягрида пала на колени, но глазами по-прежнему следила за каждым шагом восставшего, а тот остановился, длинный посох примял рыхлую землю и замер в протянутой руке.

– Прости великий, мне пришлось, меня заставили! – закричала ведьма.

 – Они обещали оставить меня в живых, – схватилась Ягрида за волосы. – Ты же знаешь, для колдунов нет ничего дороже собственной жизни. А ещё мне дали золото, много золота. Научили редким заклинаниям и тайным знаниям высших жрецов. Я стала одной из лучших колдуний Серогорья…

– И всё же ты здесь, – ответил ледяной голос под капюшоном.

Слова незнакомца пригвоздили седую голову ведьмы к земле. Подбежала Руся, попыталась утешить, поднять, но старуха грубо оттолкнула внучку, продолжила вырывать волосы клоками.

Да что здесь происходит. Может я лишний на этом празднике смерти.

Амон Анвар, как мне показалось, поднял левую руку с большим трудом, иссохшая за века плоть подчинялась нехотя. Из длинного рукава показалась костлявая ладонь обтянутая бледно-жёлтой кожей, жёлтые ногти напоминают когти хищника. Капюшон сам собой сдвинулся назад. Лысый череп с белыми, будто невидящими глазами, сдвинул челюсть в оскале. Лишь сухая кожа придаёт отдалённое сходство с человеком.

Вкладывая остаток сил в каждое слово, колдун с наслаждением произнёс:

– Полный захват сердца.

Его пальцы изогнулись дугой, будто хватали спелый плод, и Ягрида закричала. Из груди ведьмы фонтаном забила кровь, быстро залила багровым одежду. Ведьма завыла голосом умирающего, пыталась руками удержать что-то в груди, но оттуда, брызгая горячим, к колдуну рванулся кровавый ком.

– Ты знала, что будет так, но помогла мне освободиться, – равнодушно сказал Амон Анвар, разглядывая ещё живое, трепещущее на ладони сердце.

– Знала, – ответила, едва шевеля губами Ягрида. – Каждый день я вспоминала. Я предала наставника, и жизнь потеряла смысл. Зачем деньги и могущество, если знаешь чего стоишь на самом деле.

Колдун перевёл взгляд белёсых глаз на Русану как и я. На щеках молодой ведьмы блестят серебристые дорожки.

– Ладно, – холодно отрезал колдун. – Ты прощена.

Он стиснул пальцы, и сердце лопнуло как перезрелое яблоко.