С Новым годом Ваше высочество!

Лицо было сложно увидеть, оно укрыто шарфом, только карие глаза следили напряженно и настороженно.

— Как вы тут очутились?

— Я ехала домой, а потом двери открылись, я вышла и вот… — практически бессвязно пробормотала. — Меня зовут Юля.

— Иван, — кажется, мне представились в ответ совершенно автоматически.

— Дурак? — ляпнула я, уже ничего не соображая.

— Видимо да, так как собираюсь вам помочь.

Меня взвалили на плечи и мужчина, зафиксировав замерзшее тело поудобнее, насколько можно поспешно на лыжах направился по только ему известному пути.

Идти не надо и скоро будет тепло.

Как оказалось, ближайшее жилище было совсем недалеко, а если точнее, мне нужно было переползти это огромное поле и за снежным барханом нашлись бы люди. Или монстры?

— Иван, кого ты несешь? — раздался пожилой голос.

У меня не было сил даже чтобы обратить внимание на встречающего нас человека.

— Здравствуйте, — только и промямлила я.

— Какая прелесть. Ваня приносит с прогулок девушек, — раздался другой голос, более молодой.

Его обладатель сразу мне не понравился.

— Я нашел ее на поле, на нашей стороне грани, — сообщил мой спаситель, двигаясь дальше.

А следом меня окружило блаженное тепло, и я поняла, что мы вошли в дом.

Перед моими глазами появился добротный лакированный деревянный пол. Потом мы поднялись по ступенькам и, войдя в незнакомую комнату, меня поставили на пол.

— Сама раздеться можешь? — чуть хрипловатым голосом спросил незнакомец.

— Что? — в ужасе отшатнулась я.

— Значит, сможешь. Я пока налью ванну, нужно полежать в горячей воде, иначе будут последствия. Халат на спинке кровати.

Ошарашенная таким напором, я не успела ничего ответить, и лишь когда за мужчиной закрылась дверь, поняла, что он прав. Нужно согреться, прийти в себя, а уж потом решать, что делать дальше.

И, ругая себя за глупость и доверчивость, я последовала совету. В комнате пахло мужчиной, деревом и еще чем-то непередаваемым.

Когда спаситель вернулся обратно, я, уже переодевшись, сидела в халате и нерешительно посматривала на него.

— Одежда на время. То, что было на вас, все равно нужно сушить. Дверь можете запереть.

Пока этот очень лаконичный мужчина заботился обо мне, я старалась не смотреть на его лицо. Скула и половина щеки справа были обожжены. Нет, мне не было неприятно, но такой недостаток внешности против воли притягивал взгляд.