Сказание о Латании, земле демонов. Стать королем

Лишь факелы, мрачные стражи, освещали узкую дорожку вдоль стены , ведущую в никуда. Было тихо, даже слишком тихо, я бы сказала. Вроде не такое уж и позднее время еще, неужели все слуги уже спят?

Я прошла вперед в направлении, где должна была располагаться кухня. С каждым шагом мне становилось все страшнее. Стены как-то по особенному давили на меня, пригвождая к полу своей величественностью. Хотелось развернуться и убежать обратно к Грегу, прыгнуть в его объятия, чтобы он защитил и успокоил. "Джен, что с тобой?" - разозлилась я на саму себя.

Я постаралась выбросить гнетущие мысли из головы и добраться до кухни. Она была в другом крыле замка, и располагалась на первом этаже, так что пройти, чтобы добыть вкусности пришлось достаточно, чему я была несказанно рада, учитывая мое состояние. Зайдя наконец в желанное помещение, я одним движением руки зажгла свечи, и тут же обрадовалась и мысленно поблагодарила Мари, которая оставила для нас на столе тарелку с печеньем, заботливо укрыв его салфеточкой.

Я чуть ли не вприпрыжку подскочила к блюду, схватила его, засунув тут же одно из печенек в рот, и уже собиралась возвращаться, но противный голос за моей спиной заставил меня замереть.

- Леди Дже-енетт! Как хорошо, что вы здесь.

Меня пробил озноб. Я все поняла. То, что я чувствовала, было не обычным надуманным страхом, - это было предупреждение внутреннего голоса, который я не послушала.

Я медленно развернулась. На пороге стоял Генри, закрывая своим тучным некрасивым телом весь проход, в темноте которого все же можно было заметить солдат, одетых в закрытый доспех.

- Что вас привело сюда в такой час, милорд? - спокойно спросила я, стараясь не выдать своего ужаса.

- Одно небольшое дельце, которое я обязан обсудить с вами, - эльф спустился по ступеням и медленно подошел к окну, разворачиваясь ко мне спиной. - Видите ли, дорогая Дженетт, Грег намерен отобрать у меня власть, империю, которую я так кропотливо строил все эти годы. Он почему-то решил, как и Марсел, что но можно легко вытащить меня из моей устоявшейся жизни дома, посадить на трон, а затем также легко выбросить, когда я окажусь уже не нужен.