Сорцерий. Книга I. Кристалл Желаний.

Фелис пристроился в стороне подремать. Волк суетливо бегал вокруг сестер, иногда на что-то отвлекаясь и засовывая лапу меж камней.

Эридан удивился встрече с такой компанией. Он пригласил сестер в дом, волк забежал следом, отказываясь оставаться за дверью, но на недоумевающий взгляд хранителя никто не обратил внимания.

— Чем помочь вам, девочки? — спросил Эридан.

— Ты лучше всех знаешь воды Сорцерия. Скажи, где скрыта пещера Закира?

— В Розовом Море, это на юге отсюда. Далековато, конечно, а с обращением в русалок у вас проблемы.

— Кристалл, — без подробностей ответила Анна.

— Вы этому волку доверяете? — осторожно прошептал Эридан.

— В каком смысле?

— То есть вы не знаете? — Хранитель с укоризной посмотрел на растерянных сестер. — Это же оборотень! Это маг, обращенный в волка. Да по глазам же видно!

— Зачем он пошел за нами? Эй, сейчас же становись тем, кто ты есть! — приказным тоном обратилась к животному Анна.

— Как я вам уже говорил, любое обращение меняет сознание, — напомнил Эридан.

Алиса подозвала к себе волка и аккуратными поглаживаниями нащупала осколок. Как только она изъяла кристалл из тела, животное превратилось в человека. Вместо серого хищника Алиса прижимала к себе растрепанного Александра.

— Зачем ты в волка обратился? — тут же оттолкнула она его от себя.

— Фу, голый хевун! Какая гадость! — Эридан бросил в распластавшегося на полу принца один из своих ярких халатов.

Русалки и тритоны с особой брезгливостью относились к человеческим телам, сверкающая чешуя — вот что достойно восхищения! И хотя им приходилось ходить на двух ногах, они старались прибегать к этому как можно реже. Они — жители глубоких вод, и только этим нужно гордиться, своими корнями, своей красотой. Безусловно, среди них находились и те единицы, кто влюблялся в хевунов до беспамятства и создавал союзы. Всем известная история строптивой юной особы, обратившейся в морскую пену вследствие не самой удачной любви, но по собственному желанию, перевиралась и обличала виной хевуна.

Затуманенный взгляд принца прояснился. Он немного потер висок, словно его мучила мигрень.

— Спасибо за освобождение, — Александр часто хлопал глазами, избавляясь от остатков обращения.