Сорцерий. Книга I. Кристалл Желаний.

Он видел не только внешние проявления, он чувствовал все, что буйствовало внутри Анны.

Теплый ветер мягко перебирал длинные косматые волосы капитана, что прервав наблюдение за покровительницей, поднял голову к ночному небу. За редкими мягкими облаками то выглядывала, то пряталась луна.

— Взгляни, — он указал пальцем в темное полотно, — это звезда Цертус. В вашем мире она зовется Полярной. У нас и секстант есть, но это для новичков. Истинный мореплаватель чувствует верное направление сердцем.

— Мы с сестрой следуем по землям Сорцерия, руководствуясь тем же зовом.

— Вода изменчива, непостоянна. Понять ее шепот сложно, одним днем не обойтись. Хотя есть и те, кто не в силах прочувствовать ее вовсе. — Приам кивком головы указал на худощавого высокого моряка в своей команде, что с трудом держался на пьяных ногах, резво размахивал мечом и пытался пританцовывать. — Его зовут Лафард. В морях он больше моего, однако, до сих пор не научился ориентироваться. Ни одним из способов.

— А ты? Как скоро море ответило тебе?

— Я прежде заставил его со мной говорить, а уж позже стал слушать… Но ты… ты услышишь, если захочешь!

— Правда?! — с волнующей надеждой уточнила Анна.

— Мне так кажется. — Она счастливо улыбнулась и Приам не смог не улыбнуться в ответ с той же искренностью.

— Ты побывал во многих морях?

— В каждом море, океане и даже озере Сорцерия. Тем наш мир и прекрасен, можно оказаться всюду, не сходя на берег.

— Действительно — чудо!

Приам видел, Анна по-особенному держит штурвал, по-особенному смотрит на море. Оно притягивает ее, оно могло бы стать ее смыслом. Она бы этого хотела.

— Кто ты в мире людей? Чем ты дышишь?

Анна подняла на капитана растерянный взгляд:

— Хочу стать врачом, или лекарем, не знаю, как у вас тут принято называться.

— Ты, кажется, была смертельно больна с рождения?

— Откуда ты знаешь?

— Бывало, общался с Афиной. Так ты исцелилась?

— Вроде того. Мной занимались во многих клиниках, одно из лечений оказалось верным. Найти его и спасти чью-то жизнь — разве не лучшее волшебство?

— Я верю в твое сердобольное желание, но оно лишь фасад. Афина умерла без видимых причин — вот истина, что по сей день не дает тебе покоя, — догадался Приам.