Смотрители Перекрёстков. Книга вторая

Вроде бы и люди, но драконья чешуя на руках и ногах, по овалу лиц от ушей до середины лба, не оставляла и тени сомнения у всякого, кто бы им не встретился, в том, что перед ним Драконы.

– Да, дамы, – усмехнулся Макс, – это вам не нежный песочек атолла. Здесь чужой Мир и не нам его под себя переделывать.

В руках Максимилиана появились сапожки, словно сделанные из змеиной кожи. Он бросил обувку к ногам Джингл:

– Надевай! – обернулся к Ольге, – ты как?

– Нормально, – Ольга кокетливо приподняла ножку, которую словно обули в высокий чешуйчатый ботфорт до середины бедра, – только голова немного кружится.

– Это в порядке вещей, – успокоил возлюбленную Максимилиан, – так у всех после перехода.

– Даже у тебя? – удивилась Ольга.

– У всех! – подтвердил Дракон, – беспокоиться не о чем. А сейчас пойдем, поищем наших оборотней.

- На всякий случай, примем облик людей. И скрою-ка я наши сущности под пеленой незнания, - пробормотал Макс. – Интересно понаблюдать за оборотнями в естественной среде.

Но куда-то идти и кого-то искать Драконам не пришлось. Из глубины леса на прибывших посыпался град арбалетных стрел, полетели камни, словно выпущенные из пращи, и чем-то пропитанные, свернутые в шары, пучки сухой травы, которые вспыхивали прямо в воздухе.

– Вот это приемчик, – усмехнулся Максимилиан, немедленно создавший непроницаемую преграду между собой и обитателями Мира.

Стрелы и камни упали в высохшую траву, которая тут же загорелась, но не причинила гостям ни малейшего вреда, потому как проникнуть за преграду не могло ничто и никто.

Спустя несколько секунд появились еще пятеро мужчин.

Они были разного возраста, разного роста, с разным цветом волос и глаз, но с совершено одинаковым выражением лиц и одинаково одетые.

Один из мужчин вышел вперед, четверо других стали у него по бокам. Чуть сзади, но ненамного. Так, чтобы в случае опасности немедленно выдвинуться вперед и стать живым щитом для своего Предводителя.

– Кто вы? – голос Предводителя был грозен и громок, но Макс только усмехнулся от этой попытки «нагнать страху» на прибывших.