Обрученные луной

И в этой щели Хольм застыл, превратившись в слух и напряженно вдыхая воздух.

Почти сразу он понял, что заставило его притаиться в засаде. Запах! Даже в человеческом облике остатки волчьего обоняния различили густой медвежий дух приближающегося человека. Прятаться от гостей в собственном дворце было бы глупо! Если бы не вчерашняя драка. И не тихий разговор, который явно не предназначался для посторонних ушей.

- Добавить надо бы, - сказал хрипловатый низкий голос, и если бы у Хольма сейчас была шерсть, она встала бы дыбом.

 Обладатель голоса был опасен – чутье прямо кричало об этом! А еще от него пахло не Медведем, а как-то иначе, более резко.

- Куда добавлять? – произнес недовольно второй, в котором Хольм без труда опознал старшего из Медведей – вон он как раз пах правильно, собой самим. – Я за такие деньги троих нанять мог бы!

- Троих разом в круг не выставишь, - усмехнулся, судя по голосу, первый. – А ты ведь не просто в грязи парня повалять хочешь. За кровь платят подороже синяков.

- Язык придержи! - рыкнул Медведь. – Уши везде.

Он даже не подозревал, насколько прав, и Хольм возблагодарил Мать-Волчицу, что весь дворец и так пропах Волками, потому его собственный запах рядом с говорящими не заметен. Попробуй определи, прошел он здесь утром или стоит рядышком, затаив дыхание. 

- Или добавляй, или разговора не будет, - равнодушно бросил тот, первый. – Мне потом бежать придется со всех лап.

- Нет, - тяжело уронил Медведь. – Из круга он выйти не должен. За это и плачу. Ладно, добавлю. Но только после дела. 

- Тогда вдвое, - так же равнодушно сообщил резко пахнущий, и Хольм наконец опознал эту острую вонь.

Росомаха! Вот, значит, кого Медведи нанимают, оставшись в стороне! И даже не нужно быть умником Брангардом, чтобы сообразить, чья смерть им нужна.

Хольм вспомнил скорчившееся на земле огромное тело и злорадно понадеялся, что лечиться мерзавцу придется долго, а ломаные кости будут напоминать о себе всю жизнь. Ну, гости дорогие! Хотите продолжить развлечение – ваше право!

Медведь и Росомаха ушли дальше по коридору, а Хольм, подождав немного и выбравшись из убежища, вдруг понял, что просто вышвырнуть этих ублюдков с волчьих земель не выйдет.