Обрученные луной

- Сколько шагов от храма до того места, где упала Лестана? – резко спросил он Ивара. 

Молодой Кот на мгновение растерялся, но почти сразу ответил:

- Шагов сорок…

- Пятьдесят два, - буркнул Хольм и не сдержался, добавил: - А еще стрелок! – И повернулся уже к Когтю, пояснив: - От храма до лестницы ровно пятьдесят пять шагов. Моих. А госпожа Лестана немного не добежала до начала лестницы, но я ее нашел не там, а еще шагов на двадцать дальше и вбок.

- Ясно… - протянул Кот. В наступившей снова тишине он дотянулся до ножа, упавшего на стол, сунул его в ножны на поясе и веско уронил: - Это не он.

- И с чего вы это заключили, господин Коготь? – впервые прозвучал холодный женский голос. 

Все глаза, как по команде, обратились к матери Ивара, надменно прямой и горделивой, рядом с которой ее сын смотрелся лишь бледным подобием. 

- Волк отменно бросает ножи, - спокойно продолжила женщина. – Это лишь доказывает, что он даже в темноте и с большого расстояния мог попасть в нашу бедную девочку.

- Это доказывает, госпожа Мирана, - усмехнулся Коготь, - что тот, кто бросил нож, хотел убить светлейшую Лестану. Перед вами Клык волчьей дружины. Он уж точно не новичок с оружием. Но на полусотне шагов он бы легко догнал девушку, незачем бросать нож. Ножом не останавливают, ножом убивают. 

- Ну так он и хотел ее убить! – возразила жрица.

Хольм только стиснул зубы, понимая, что вмешиваться нельзя.

- Зачем? Он звал ее в жены. Прямо перед этим звал, и светлейшая Лестана это подтверждает. Девушку, которая отказала, не убивают. Ее догоняют и… уговаривают. Если он не удержал своего зверя, то почему не обернулся? А если соображал как человек, а не по-волчьи, то зачем убивать? Да еще потом на камни падать затылком, - хмыкнул он и покосился на Кайсу.

- Значит, это был не он, а другой Волк, - упорствовала жрица.

- А шкуру мы сдерем с этого? – ехидно поинтересовался Коготь. – Или нам все равно, какой Волк виноват? Подумаешь, все они черные, никакой разницы, да?

Жрица поджала губы, и Хольм про себя вознес краткую, но горячую благодарственную молитву Луне. Советники Рассимора сомневались. Насмешливые речи Кайсы заставили их задуматься, а слова Когтя только подтвердили, что доказательства вины Хольма весьма зыбки.