ГОРЯЩЕЕ НЕБО

Кто-то из его приятелей шутил, называя ферос-излучатель ангельским мечом. Но каким же должен быть жестоким тот бог, которому служат такие ангелы!

До спасительной пещеры оставались считанные километры. Сейчас главное было не оборачиваться: одного взгляда на свет хватит для того, чтобы ослепнуть навсегда. Воздух стал по-настоящему раскалённым и жёг горло. Следовало спешить!

Спасительный вход под землю был уже виден, когда за спиной капитана Айвэ послушался истошный крик – кто-то другой рвался к спасению, но вероятно по неопытности своей обернулся.

Голос, по-видимому, принадлежал молодой девушке – бедняжка лишилась зрения и теперь орала не только от боли, но и от ужаса. Нехорошо было бы оставить её на верную смерть, и мужчина, стараясь не смотреть на смертоносный белоснежный луч, стал пятиться на крик.

Девушка потеряла сознание от болевого шока, и Айвэ пришлось взвалить её на себя и нести до пещеры, однако температура продолжала расти. Тело защищал комбинезон, а вот лицо заболело от жара. Девушке повезло меньше - так как она обернулась и посмотрела на ферос-луч, то, скорее всего, лишилась глаз, да и незащищённая кожа на руках могла пострадать - короткая защитная перчатка была надета лишь на правой руке - малышка принадлежала к организации анархистов-освободителей, а проклятые сопляки использовали защитную амуницию скорее как символику.

К счастью, они не успели сильно обгореть, и гостеприимные своды пещеры укрыли их от надвигающейся смерти, однако рано было останавливаться - Айвэ сбросил с себя куртку и на ней поволок за собой анархистку за собой вглубь пещеры, где спасительная толща земли сохранит их от обоих от ферос-излучения.

Фонарь лениво разгонял тьму перед глазами, двигаться было далеко, поэтому девушка очнулась раньше, чем Айвэ достиг своей цели. Она металась, хрипела и хваталась руками за сожжённые глаза, поэтому мужчине пришлось её связать. Оказалось, что крик без респираторов и фильтров в облучённом ферос-полем воздухе сыграл с анархисткой злую шутку - голосовые связки отказались ей повиноваться, поэтому девушке оставалось только хрипеть.

Немного успокоив страдалицу, Айвэ удалось добраться до нужного зала. Здесь было сухо, где-то в углу, в песке был закопан трёхмесячный солдатский паёк, а в соседнем зале подземные воды образовывали озерцо.

- Мы дома, малышка. Месяцок придётся перекантоваться здесь, а то нас поджарит, что твоё воскресное барбекю!

Впервые за долгое время в жесте девушки появилась осознанность, она прислушалась к голосу Айвэ.