Взрослая колыбельная

Но… зачем он убирает руки? Нет! Он делает это с таким трудом, будто его заставляют, будто ему угрожают, но ведь это неправильно! Он не должен меня отпускать, несмотря ни на что, не должен!

- Жди в номере.

Я протянула руки вперёд, но схватила только воздух. Судорожно закрутилась на месте. Искать? Идти его искать? Нет, куда идти?! Стоять на месте, пока он не вернётся? Ждать, он сказал?

Свет вспыхнул, ослепляя. Тёмное время закончилось так же неожиданно, как началось. В глазах с непривычки резь, но некогда жмуриться, нужно оглядеться… вокруг такие же ошарашенные ярким светом лица, некоторые парочки обнимаются, я даже увидела чью-то руку под женским платьем, что вообще нонсенс, но его нет…

Где он? Никто не пробирается тайком прочь.

Никто не стоит поблизости, пристально или восторженно на меня таращась. Ни одного из Первых сыновей не видно.

Стоять на месте и ждать просто глупо.

Где Белка?

Сними номер, он сказал.

Наверняка речь о номерах второго этажа, где можно снять комнату на ночь. Конечно, нам нужно многое обсудить, и в таверне, доверху набитой людьми, это сделать крайне сложно.

Жди, он сказал… Значит, я пойду и сниму номер. И буду ждать. Где Белка? А, не буду тратить время, сейчас какая разница? Может, она вовсе сбежала из таверны и уже сидит дома. Сбежала, пока было темно, потому что ненавидит эти тёмные седмицы.

Всё равно я побегу быстрей. Я так быстро рванула к выходу, что постоянно спотыкалась и в кого-то врезалась, то локтем, то плечом. Кем меня только не обозвали за это короткое время! Неважно.

Вот уже выход, и больше никто не преграждает путь.

К счастью, лестница в комнаты располагалась на улице за таверной, хотя, будь она даже у всех перед носом, я всё равно не остановлюсь. Пусть все видят, плевать! Скоро я узнаю, кто он…

В крошечной комнате у входа сидела женщина с вязанием в руках, её блестящие спицы торчали под таким углом, что вот-вот воткнуться в лицо, но женщину это не смущало.

- Мне нужен номер.

Как повезло, что с собой есть деньги. Руки дрожали, голос сдавал, но женщина невозмутимо кивнула, сгребая монеты в ящик, и выложила передо мной круглую медную пластину – местный ключ.

- Номер семь.

Вот лестница, такая узкая, что человек чуть крупнее рискует застрять, сдавленный грязно-зелёными обоями. Зато пусто, ни единой живой души вокруг. Ступени трещали, пока я летела вверх по лестнице, где несколько номеров, цифры на дверях в полутёмном коридоре разглядеть очень трудно. Но вот… Вот она – дверь с полустёртой цифрой семь.