Взрослая колыбельная

Я надела на данное мероприятие выходной сарафан, мои светло-русые волосы Лелька уложила в сложную косу, повязала лентой, вышло неплохо, хотя и отдавало деревней. Но что жаловаться – во-первых, я в деревне выросла и мне происходящие приготовления даже нравились, во-вторых, этот мир и был деревней по определению нашего. Разве что колдовской деревней. И это нравилось мне ещё больше!

Идти пришлось далеко, я замерзла, даже крепко кутаясь в плащ. Жалко, что нельзя было взять тот, мужской, но он бы волочился за мной по полу, как фата, и сразу бы меня выдал.

Вёл на выгул наш женский выводок Коловрат, невысокий, такой же плотный, как Лелька, которую он держал под руку. На меня он смотрел круглыми глазами и периодически шепотом удивлялся: «Ну надо же, иномирянка. Настоящая»! В общем, хорошо хоть трогать не пытался, чтобы убедиться в подлинности.

Мои сокурсницы по группе словесности так же смотрели. Вот уж кто замучил меня расспросами про мой мир. А я старалась поменьше болтать, на всякий случай, вдруг расскажу что не то и заслужу дурную славу, а мне ещё тут всю жизнь кантовать.

Трактир стоял на улице за АТМой, в небольшом глухом дворе, вымощенном просто огромной брусчаткой, которую даже не смог скрыть снег, и окруженным тыльными стенами магазинов. Само двухэтажное помещение (на втором этаже располагались комнаты для съёма) было очень длинным, деревянным, с низким потолком. Стены, пол, потолок, мебель – всё из практически белого дерева. Свежесрубленным деревом пахло так сильно, что даже аромат еды перебивало.

Мы уселись за один из свободных столов, большинство которых к тому времени уже заняли. Длинный зал насквозь пронизывало открытое место, предназначенное под танцы, у стены расположились музыканты – из инструментов что-то похожее на гусли размером с гитару, маленькие барабаны, свирель. Пела девушка в ярко-голубом длинном платье с рукавами клеш. Такие, выходит, тут тоже носят. Но в зале все девчонки были в сарафанах или в длинных юбках, только иногда встречался кто-то в форме АТМы. Белка, естественно, одна из них.

- Что будем пить? – перекрикивая шум, спросил Коловрат – единственный среди нас мужчина.

Девчонки заказали медовичку, а я компот, не хотела в первый же вечер потерять голову.

- Ты так не расслабишься, не отдохнешь! – покачала головой Белка. – Хотя даже не знаю, что лучше на седмице – напиться вусмерть, чтобы ничего не видеть, или трезвой терпеть.

- Ничего, я пока так, привыкаю.