Взрослая колыбельная

Чему я могу тебя научить? Тебе прежде всего нужно учиться управлять новыми способностями, а этому может научить только колдун.

- А если я не научусь? Что, сила будет вырываться и взрывать всё вокруг? Я стану опасной для окружающих?

- Нет, что ты. Сила просто уснёт и всё. Но это глупо – не использовать то, что у тебя есть.

На обед я шла, понимая, что она права. Смысл посещать прошлые занятия? Мне нужна другая профессия, нужны другие учителя и другая информация.

Я не буду учить детей. А что буду? Это и предстоит решить.

В обед, хотя кухня была забита под завязку, на меня уже не так сильно косились. Белка опаздывала, пришлось решить за двоих и жарить омлет. И салат из зелени, думаю, от такой еды она не откажется.

Но Белка, кажется, даже не заметила, что я положила в тарелку. Смела, не глядя. Мы почти закончили обедать, когда пришла Лелька. Кстати, я её уже пару дней не видела, последний раз мы встречались ещё до суда. Она ко мне заходила, как и Белка, покормить.

Лелька сделала себе чай и, отказавшись от основного блюда, ограничилась салатом.

Она подсела к нам и стала делать руками непонятные пассы, пока Белка не догадалась, что это такая просьба поставить тихушный купол. Щелчок – и нас окружила тишина.

- К нам из городской лекарни перевели вчера семь человек. Один из них Лад. – Не повышая голос, заявила Лелька. Я, честно говоря, вздохнула с облегчением, потому что боялась, как бы разговор не зашёл о моей скромной персоне и как бы снова не пришлось гнуться под тяжестью чужой жалости.

 - И? – чересчур ровно спросила Белка.

- На случай, если тебе интересно.

Ах, как приятно, когда вокруг бурлят чужие страсти, не задевая твоей замученной души. Я прямо почувствовала, как расслабилась и расплылась в улыбке, насколько она была возможна в моём жалком положении. Какая красота!

- Как он?

Белка села прямо, приготовившись слушать.

- Он вне опасности, в больнице его вылечили, а к нам отправили на реабилитацию. Это почти чудо, вернее, это работа нескольких целителей высокого ранга, только потому ему сохранили ноги.

Но он до конца жизни будет хромать. Через несколько дней его уже выпишут, он вернётся к занятиям. Пока же он очень слаб, его усыпили перед дорогой, чтобы он легче перенёс транспортировку, всё же травмы серьёзные. И знаешь, о чём он первым делом спросил, когда очнулся? – рассказывала Лелька. – О тебе! Спросил, всё ли с тобой в порядке. А ты…

- А что я? – Белка отвела глаза.