Певчий дьявол

Убийца, давно преследующий его, сегодня достиг своей цели — дел-то всего на несколько мгновений, как оказалось.

Раз — и нет человека.

Будь ты простым обывателем или известным музыкантом, суть одна: человеческое тело не позволит тебе и дальше ступать по этой земле, если грудь пробита навылет точным выстрелом.

Что мне оставалось делать?

Рыдать, обнимая его, под вспышками телефонных камер начинающей сбегаться толпы? Смешно и глупо. Да и слез не было, только пустота на том месте, где сердце билось. Мир просто перестал существовать, съежился всего лишь до одного — до открытых серых глаз, начинающих мутнеть, в которых застыло удивление и даже какое-то облегчение.

Жизнь — лишь череда случайностей, которая заканчивается смертью.

Раньше или позже, с чьей-то помощью или без — разницы нет.

Вот только всегда с оборвавшейся жизнью заканчивается еще одна.

И не приведи святые быть на месте того, второго.

Глава I. Часть 1. Заглянуть в ничто

Этот концерт обещал стать поворотным в их карьере. Мало кто знал, что именно в бар «Зеленая Миля», что собирал в своих стенах самых талантливых молодых исполнителей тяжелой музыки, сегодня приехал один из известнейших в этих кругах продюcер, специализирующийся на том, что умудрялся выбирать жемчужины из целых гор отбросов.

— Кого я вижу, — расплылся Кай в улыбке и повис на мне, обнимая за плечи. — Давненько ты на огонек не заходила, прелесть моя.

— Отойди от меня, — поморщилась я скорее просто для того, чтобы держать дистанцию с ним.

— Не скажи, — ухмыльнулся парень, ничуть не обидевшись. — Мы написали настоящий хит, вот увидишь!

Высокий, широкоплечий, с длинными каштановыми волосами, высоким лбом, четко очерченными скулами и весело блестящими темными глазами, Кай был одним из тех, на ком девушки висят гроздьями и млеют от одного лишь взгляда. Поэтому мое упорство в нежелании признать этого красавца мужчиной своей мечты первое время вводило самовлюбленного дурня в ступор, а потом он открыл сезон охоты.

— Ты так говоришь каждый раз, как какая-нибудь, с твоей точки зрения, гениальная идея посещает эту больную головушку, — я постучала пальцем ему по лбу. — А на деле выходит печальный пшик, а все почему?

— И почему же? — хитро прищурился он, ничуть на меня не обиженный.